Обзор белорусских арабск... » »

Введение

Происхождение белорусских текстов, писанных арабским письмом

Белорусские тексты, писанные арабским письмом, связаны своим происхождением с татарами, поселившимися в Литве и Белоруссии в 14-15 в. и проживающими здесь до настоящего времени. Принято считать, что некоторая часть этих татар оказалась в Великом княжестве Литовском в качестве военнопленных, другие же из них прибыли сюда как добровольные переселенцы.

Вопросу истории поселения татар в Великом княжестве Литовском посвящен первый раздел историко-этнографической монографии С. Кричинского [Kry38Kry38
Kryczyński S. Tatarzy litewscy. Próba monografii historyczno-etnograficznej. — Rocznik Tatarski. Warszawa, 1938, t. 3., 1-55], где имеется и богатая литература вопроса.

Численность татар, проживавших в прошлом в Литве и Белоруссии

Сведения о их численности в 16-17 в. в разных исторических источниках, как и мнения современных исследователей по данному вопросу, очень противоречивы. Так, напр., в анонимной работе литовского татарина 1557/1558 г. (965 г. по мусульманскому летосчислению) Рисале-и-татар-и-лех (в дальнейшем Рисале) говорится, что численность татар в Великом княжестве Литовском достигает 200 000 человек [Much1858Much1858
Muchliński A. Zdanie Sprawy o Tatarach litewskich. — Teka Wileńska. Wilno, 1958, Nr. 4, 5, 6., 4, 263]. Чижевский же в “Альфуркане”, пасквиле на татар, указывает число 100 000 человек [Gór35Gór35
Górka O. Uwegi orientacyjne o Tatarach polskich u obcych. — Rocznik Tatarski. Zamość, 1935, t. 2., 179; Much1858Much1858
Muchliński A. Zdanie Sprawy o Tatarach litewskich. — Teka Wileńska. Wilno, 1958, Nr. 4, 5, 6., 5, 70]. Все современные исследователи считают приведённые выше цифры сильно преувеличенными. Однако расхождения в их оценке действительного положения вещей также очень большие. Мухлинский, напр., предполагает, что в 16-17 в. интересующих нас татар было 20 000 — 25 000 человек [Much1858Much1858
Muchliński A. Zdanie Sprawy o Tatarach litewskich. — Teka Wileńska. Wilno, 1958, Nr. 4, 5, 6., 5, 71]. С этой оценкой согласен Дж. Александрович [Але26Але26
Александрович Дж. Литовские татары. Краткий историко-этнографический очерк. — Известия Общества обследования и изучения Азербайджана. Баку, 1926, № 2., 86]. Дзядулевич [Dzia26Dzia26
Dziadulewicz S. Herbarz rodzin tatarskich w Polsce. — Wilno, 1929., 28] оценивает численность татар в Великом княжестве Литовском в разные времена следующим образом: в 15 в. — 10 000, в 16 в. — 30 000, в начале 17 в. — 40 000, во второй половине того же века — 10 000 и в 1897 г. — 13 877 человек.

Гурка подвергает критике все оценки своих предшественников и считает, что татар в Великом княжестве Литовском проживало в 16 в. 7 тысяч, а в 17 в. — 9 тыс. человек [Gór35Gór35
Górka O. Uwegi orientacyjne o Tatarach polskich u obcych. — Rocznik Tatarski. Zamość, 1935, t. 2., 184].

Талько-Гринцевич [Taĺ24Taĺ24
Talko-Hryncewicz J. Muślimowie czyli tak zwani Tatarzy litewscy. — Kraków, 1924., 68] по интересующему нас вопросу приводит следующие статистические данные для второй половины 19 и начала 20 в.

Губернии1849 г.1851 г.1897 г.1912-15 г.
Виленская2170233043643789
Ковенская41526519201443
Гродненская83669421102084
Минская1586211446195364
Волынская200250——
Подольская42135——
Итого:524957881301312680

У Гринцевича по ошибке сумма зв 1849 год 5049.

Приводя цитируемые нами выше статистические данные, Талько-Гринцевич отмечает, что по мнению Базаровского, на информацию которого он ссылается, из числа 12 680 (1912-15 г.) следует вычесть около 2 000 волжских татар (в основном солдат царской аррии). Таким образом, по оценке Базаровского, в 1912-15 г. на территории Литвы и Белоруссии проживало 10 680 человек татар-старожилов.

После 1-ой мировой войны литовские татары оказались в трех государствах: в Польше, СССР и Литве. По состоянию на 1935 г., как отмечает Кричинский [Kry38Kry38
Kryczyński S. Tatarzy litewscy. Próba monografii historyczno-etnograficznej. — Rocznik Tatarski. Warszawa, 1938, t. 3., 54], в Полью проживало 5 425, в БССР — 2 614 и в Литве — 1 000 человек татар.

Утрата родного языка татарами и переход их на употребление белорусского языка

Проживая в Великом княжестве Литовском, татары скоро забыли свой родной язык и стали пользоваться белорусским и польским языками. Сведения об этом находим в источниках 16-17 веков. Высказывания по интересующему нас вопросу находим в упоминавшейся уже нами Рисале [Much1858Much1858
Muchliński A. Zdanie Sprawy o Tatarach litewskich. — Teka Wileńska. Wilno, 1958, Nr. 4, 5, 6., 4, 251-252, 260]. Имеются такие сведения и у турецкого историка 17 в. Ибрагима Паши [Szap32Szap32
Szapszal H. S. O zatraceniu języka ojczystego przez Tatarów w Polsce. — Rocznik Tatarski. Wilno, 1932, t. 1., 36], а также у Гвагнина [Gwa1584Gwa1584
Gwagnin A. Rerum Polonicarum tomi tres. Francofurti, 1584., 412]. Указанные источники совершенно определенно говорят о том, что основная масса литовских татар в 16-17 веках не знала не только арабского языка, которого, впрочем, широкие слои татарского населения, влдимо, никогда не знали, но забыла и свой родной татарский язык. Вот почему белорусский язык стал не только разговорным языком татар, но и языком некоторых видов мусульманской религиозной литературы. Необходимо, однако, отметить, что языком богослужебным, языком ежедневных молитв был арабский, а позже и турецкий язык [Szy32Szy32
Szynkiewicz J. 1. Dr. Jan Stankievicz. Slavia. Časopis pro slovanskou filologii, Ročnik 12, sešit 3-4. V.Praze, 1933. 2. Dr. Jan Stankievič. Bielaruskija musuĺmanie i bielaruskaja literatura arabskim piśmom. — Hadavik Bielaruskaha navukovaha tavarystva ŭ Viĺni, knižka 1, 1933. [Recenzje]. — Rocznik Tatarski. Zamość, 1932, t. 2., 454]. Для иллюстрации того, насколько татары в начале 20 в. уже не отличали арабского языка от турецкого, приведем здесь одно место из статьи Самойловича “Литовские татары и арабский алфавит”. Цитируем: “По рассказам Я. С. Шинкевича, литовские татары заучивают изусть или читают религиозные тексты, не различая в них, за исключением мулл, арабских от некогда родных им турецких. Ознакомившись с последними элементами в Ленинградском университете, Я. С. Шинкевич, к удивлению своему, убедился в том, что особенно затруднявшие его в детстве молитвы оказались не на арабском, а на турецком языке” [Сам26Сам26
Самойлович А. Н. Литовские татары и арабский алфавит. — Известия общества обследования и изучения Азербайджана. Баку, 1926, № 3., 5].

Время возникновения белорусских текстов

Когда же возникли первые белорусские тексты, писанные арабским письмом?

Как свидетельствует автор Рисале [Much1858Much1858
Muchliński A. Zdanie Sprawy o Tatarach litewskich. — Teka Wileńska. Wilno, 1958, Nr. 4, 5, 6., 4, 250], татарский язык в его время (1557/58 г.) знали уже только те татары, которые переселились в Великое княжество Литовское в более позднее время. К таким лицам относится, видимо, и тот старик, которого знал отец автора Рисале и который прибыл в Великое княжество Литовское вместе с другими татарами в поисках более спокойной жизни [Much1858Much1858
Muchliński A. Zdanie Sprawy o Tatarach litewskich. — Teka Wileńska. Wilno, 1958, Nr. 4, 5, 6., 4, 252]. Из этого вытекает, что ранее поселившиеся в Литве и Белоруссии татары, то есть основная их масса, утратили свой родной язык и стали пользоваться белорусским языком до 1558 г. Исходя из этого, можно думать, что и первые белорусские тексты возникли не позже середины 16 в.

В китабе первой половины 18 в. ЛАН-F21-814 📜ЛАН-F21-814 📜
Китаб первой половины 18 в. Библиотека АН Лит.ССР, сигн. Р21-814. мы находим высказывание на белорусском языке, из которого видно, что оно возникло в то время, когда процесс языковой ассимиляции татар еце не завершился, но среди татар уже были лица, не знающие своего родного языка и владеющие белорусским языком. Приводим этот текстВ текстах, приводимых из изучаемых нами рукописей, цифры в скобках указывают начало страницы и строки оригинала; при полистной нумерации буквы а и б обозначают соответственно лицевую сторону и оборот лиcта.
Цифры после приводимых нами примеров обозначают страницы и строки соответствующей рукописи. При постраничной нумерации названные цифры выступают в виде простой дроби, а при полистной отделяются буквами а и б, обозначающими соответственно лицевую сторону и оборот листа. :

(86б)(17) Кали па тетарс́ку
(87а)(1) не вмейе, то̅ па ру̅ску нехай ‘абракайец̅а.

Приведенный выше совет находится среди текстов наставлений о молитве и обращен к законоучителю муcульманской религии [ср. Stan33Stan33
Stankievič J. Přispěvky k dějinam běloruskeho jazyka na zakladě rukopisu «Al-Kitab». — Slavia. Praha, 1933—1934, ročnik 12., 369].

Дословно такая же рекомендация и в совершенно аналогичном контексте сохранилась на стр. 233/4 рукописи середины 19 в. ВУ-391 📜ВУ-391 📜
Китаб середины 19 в. Библиотека Вильнюсского университета» № 391.. Такой же совет, но на польском языке обнаружил Воронович [Wor35Wor35
Woronowicz A. Kitab Tatarów litewskich i jego zawartość. — Rocznik Tatarski. Zamość, 1935, t. 2., 382] в одном из трёх китабов, использованных им в указанной работе. Ниже приводим этот совет, полностью сохраняя транскрипцию Вороновича:

kedi po turecku’ ne ’ume to neh hos po rusku’ nijet ucini.

Имеется основание полагать, что и те белорусские тексты, которые дошли до нас в виде подстрочников под тюркскими текстами, возникли также в те времена, когда какая-то часть татар знала еще свой родной язык, другие же из них уже забыли его. Вот для этих вторых и предназначался белорусский подстрочный перевод. К таким белорусским текстам относится, напр., легенда Меʿрадж в том же китабе ЛАН-F21-814 📜ЛАН-F21-814 📜
Китаб первой половины 18 в. Библиотека АН Лит.ССР, сигн. Р21-814. на стр. 97а-124а. Тюркский текст этой легенды имеется и в китабе середины 19 в. ВУ-391 📜ВУ-391 📜
Китаб середины 19 в. Библиотека Вильнюсского университета» № 391.. В китабах же ВЭМ-10 📜ВЭМ-10 📜
Китаб 1815 г. Историко-Этнографический музей АН Лит.ССР, № 10., ВЭМ-39 📜ВЭМ-39 📜
Китаб 1837 г. Историко-Этнографический музей АН Лит.ССР, № 39. и ВЭМ-13 📜ВЭМ-13 📜
Китаб 1868 г. Историко-Этнографический музей АН Лит.ССР, № 13. тюркский текст отсутствует.

Неоднородность правописания отдельных белорусских текстов рукописи 17 в. КУ-1446 📜КУ-1446 📜
Рукопись 17 в. Библиотека Казанского университета, № 1446. (см. стр. 123) свидетельствует о том, что входящие в состав указанной рукописи тексты были переведены до составления данного сборника. Не исключена возможность, что их перевод на белорусский язык осуществлен в 16 в. Об этом же свидетельствует и неоднородность языка отдельных текстов этого сборника, в одних из них находим довольно чистый белорусский язык, в других же очень сильно дает о себе знать влияние польского языка (см. стр. 130).

Случаи обозначения в некоторых рукописях 17 и 18 веков звуков c из c’ и c’ из t’ буквой چ, которая до изобретения буквы ࢯ была, видимо, единственным знаком, служащим для обозначения указанных звуков (особенно c из c’, так как исконный звук t’ мог обозначаться и буквой ت, являются также свидетельством отдаленности того времени, когда были осуществлены первые переводы восточных текстов на белорусский язык или же, говоря вообще, когда возникли первые белорусские тексты, писанные арабским письмом. Дело в том, что в рукописях 17 и 18 веков буква ࢯ — уже вполне привычное явление, имеющее за собой, как нам кажется, длительную историю. Наблюдения над многими явлениями графики и орфографии изучаемых нами текстов показывают, что в них новое и старое в той или иной мере сосуществует на протяжении очень длительного времени. Так, напр., обстоит дело с употреблением букв ت и ࢯ для обозначения звука c’ из t’, а также с обозначением звука o вавом с даммой над ним وُ или же одной даммой ـُ, с одной стороны, и вавом с фатхой над ним وَ, с другой. Известно, что много случаев обозначения звука o вавом с фатхой над ним находим уже в рукописях 17 в. КУ-1446 📜КУ-1446 📜
Рукопись 17 в. Библиотека Казанского университета, № 1446. и Лейпц.-280 📜Лейпц.-280 📜
Хамаил 17 в. Библиотека Лейпцигского университета, сигн. B. OR. 280.. Что касается рукописей 18 в., то в одних из них звук o последовательно обозначается знаками وُ и ـُ, в других же рядом с этим находим и وَ (ВЭМ-35 📜ВЭМ-35 📜
Китаб 1771 г. Историко-Этнографический музей АН Лит.ССР, № 35., ВЭМ-11 📜ВЭМ-11 📜
Хамаил 1765 г. Историко-Этнографический музей АН Лит.ССР, № 11.). В 19 в. все писцы перешли на обозначение звука o вавом с фатхой над ним, но в рукописи середины 19 в. ВУ-391 📜ВУ-391 📜
Китаб середины 19 в. Библиотека Вильнюсского университета» № 391. имеется много случаев обозначения этого же звука вавом с даммой над ним и одной даммой. Это объясняется тем, что соответствующие тексты китаба ВУ-391 📜ВУ-391 📜
Китаб середины 19 в. Библиотека Вильнюсского университета» № 391. переписаны из рукописи, в которой звук o обозначался знаками وُ и ـُ.

Вот почему можно думать, что обозначение звуков c и c’ буквой چ является отзвуком довольно далёких времен, когда букв ࢯ и ࢮ писцы еще не знали.

Некоторые виды рукописных книг литовских татар

Китабы

Белорусские и польские тексты, писанные арабским письмом, известны только в форме рукописных книг. Необходимо различать несколько видов таких рукописей. Самую большую научную ценность для филологов представляют так называемые китабы, что по-арабски значит книги (کِتَابْ китаб). Но татары китабами называли не каждую книгу, а только рукописные сборники определенного состава. Содержание текстов, входящих в состав китабов, очень разнообразно. Много места в них занимают т. наз. хадисы, то есть предания о жизни и деятельности Магомета и его ближайших сподвижников. К очень популярным хадисам относится, напр., Меʿрадж — повествование о путешествии Магомета на небеса и о посещении им мусульманского рая и ада. Объём этого повествования 30-40 страниц текста. Рассматриваемый хадис представляет большой интерес с точки зрения литературной формы и манеры изложения. Он и в настоящее время читается с большим интересом. В нашем распоряжении имеется пять списков этой легенды, а именно в китабах ЛАН-F21-814 📜ЛАН-F21-814 📜
Китаб первой половины 18 в. Библиотека АН Лит.ССР, сигн. Р21-814. (л. 97-124), ВЭМ-10 📜ВЭМ-10 📜
Китаб 1815 г. Историко-Этнографический музей АН Лит.ССР, № 10. (стр. 209-242), ВЭМ-39 📜ВЭМ-39 📜
Китаб 1837 г. Историко-Этнографический музей АН Лит.ССР, № 39. (стр. 1-45), ВУ-391 📜ВУ-391 📜
Китаб середины 19 в. Библиотека Вильнюсского университета» № 391., (стр. 249-305) и ВЭМ-13 📜ВЭМ-13 📜
Китаб 1868 г. Историко-Этнографический музей АН Лит.ССР, № 13. (стр. 1-43). Упоминается Меʿрадж и в описаниях других китабов [Szy32t1Szy32t1
Szynkiewicz J. O kitabie. — Rocznik Tatarski. Wilno, 1932, t. 1., 190; Wor35Wor35
Woronowicz A. Kitab Tatarów litewskich i jego zawartość. — Rocznik Tatarski. Zamość, 1935, t. 2., 392]. Очень много места в некоторых китабах занимают и разные библейские легенды. В большинстве китабов имеется более или менее подробное описание обрядов, ритуалов, а также основных обязанностей мусульман. Имеются также нравственно-поучительные рассказы, а иногда и восточные приключенческие повести. К последним принадлежит, напр., рассказ о молодом человеке, который продает отца и мать, покупает лошадь и старую шубу и отправляется в королевский замок, чтобы принять участие в диспуте с королевской дочерью, очень умной и образованной девушкой, побеждает в этом диспуте и женится на ней. Эта повесть имеется в китабе ВЭМ-28 📜ВЭМ-28 📜
Китаб начала 19 в. Историко-Этнографический музей АН Лит.ССР, № 28. и ВЭМ-13 📜ВЭМ-13 📜
Китаб 1868 г. Историко-Этнографический музей АН Лит.ССР, № 13.. Один из списков повести опубликован Вольским в журнале “Узвышша” (1927, №4, стр. 138-146). Упоминается он и в описании содержания китабов Вороновича [Wor35Wor35
Woronowicz A. Kitab Tatarów litewskich i jego zawartość. — Rocznik Tatarski. Zamość, 1935, t. 2., 391].

Описать состав китабов в виде оглавлений, как отметил уже Воронович

Довольно полное представление о составе и содержании китабов дает статья Вороновича [Wor35Wor35
Woronowicz A. Kitab Tatarów litewskich i jego zawartość. — Rocznik Tatarski. Zamość, 1935, t. 2.], в которой находим перечень текстов трёх больших китабов (см. Ант68Ант68
Антонович А. К. Белорусские тексты, писанные арабским письмом, и их графико-орфографическая система. — Ротопринт ВГУ, Вильнюс, 1968., стр. 45).

очень трудно, так как в отдельных китабах заголовки и подзаголовки одних и тех хе текстов могут быть совершенно различными, а иногда и совсем отсутствуют. Так, напр., диалог Магомета с шейтаном в известных нам списках озаглавлен следующим образом:

В большинстве случаев китабы представляют собой рукописные книги большого формата. К таким китабам принадлежат ЛАН-F21-814 📜ЛАН-F21-814 📜
Китаб первой половины 18 в. Библиотека АН Лит.ССР, сигн. Р21-814., ВУ-391 📜ВУ-391 📜
Китаб середины 19 в. Библиотека Вильнюсского университета» № 391.. Но возможны и рукописи формата 10×15 (ВЭМ-35 📜ВЭМ-35 📜
Китаб 1771 г. Историко-Этнографический музей АН Лит.ССР, № 35.). Разнообразны китабы и по объёму. В нашем распоряжении имеются рукописи от 222 до 601 страниц текста. Воронович упоминает китабы объемом в 754, 821 и даже 1190 страниц [Wor35bWor35b
Woronowicz A. Szczątki językowe Tatarów litewskich. — Rocznik Tatarski. Zamość, 1935, t. 2., 393]. В зависимости от объёма рассматриваемых нами рукописей татары различали китабы и полкитабы (полкитабки) или малые китабы [Wor35Wor35
Woronowicz A. Kitab Tatarów litewskich i jego zawartość. — Rocznik Tatarski. Zamość, 1935, t. 2., 377; Kry38Kry38
Kryczyński S. Tatarzy litewscy. Próba monografii historyczno-etnograficznej. — Rocznik Tatarski. Warszawa, 1938, t. 3., 218].

В научной литературе иногда вместо слова китаб употребляются наименования аль-китаб или аль китаб, ай-китаб и даже китёб или кицёб [Szy32t1Szy32t1
Szynkiewicz J. O kitabie. — Rocznik Tatarski. Wilno, 1932, t. 1., 284; Сам25Сам25
Самойлович А. Краткая учебная грамматика современного османско-турецкого языка. Л., 1925., 4, 6; Луц20Луц20
Луцкевіч І. Ай Кітаб. (З пасмертнай спадчыны Івана Луцкевіча). —Зборнік Наша Ніва. Вільня, 1920., 28]. Необходимо отметить, что в известных нам рукописях употребляется только слово китаб (کِتَابْ), а изредка и книга. Так, напр., слово китаб в разных белорусских и польских контекстах и в разных значениях мы обнаружили в следующих рукописях:

Употребляется рассматриваемое слово и в других рукописях. В имеющихся в нашем распоряжении примерах слово китаб в большинстве случаев относится к разным восточным книгам, но этим же словом обозначаются и китабы литовских татар, напр.:

Как мы уже сказали, в изучаемых нами текстах в разных значениях употребляется и слово книга или ксенга (по-польски). Примеры:

Слова книга и китаб в таком же контексте находим и на стр. 160 рукописи ВУ-391 📜ВУ-391 📜
Китаб середины 19 в. Библиотека Вильнюсского университета» № 391..

Необходимо отметить, что китабы являются многоязычными памятниками письменности. В них преобладают тексты белорусские и польские, но возможны и тексты восточные — тюркские или арабские, причем восточным текстам в большинстве случаев сопутствуют переводы на белорусский или польский языки.

Хамаилы

Другим видом рукописных книг литовских татар, в которых имеются белорусские и польские тексты, являются хамаилы.

Не все татары ясно осознавали разницу между китабами и хамаилами и в 19 веке, о чём свидетельствует, например, запись на польском языке на чистом ненумерованном листе в начале китаба ВЭМ-28 📜ВЭМ-28 📜
Китаб начала 19 в. Историко-Этнографический музей АН Лит.ССР, № 28. (начало 19 в.). Вот эта запись:

Należy tę swięty chamaił czyli kitab do pana Jana Bahdanowicza.

Их формат значительно меньше формата китабов. Так, напр., формат хамаила Лейпц.-280 📜Лейпц.-280 📜
Хамаил 17 в. Библиотека Лейпцигского университета, сигн. B. OR. 280. 8×10 см. Это, между прочим, самая малая по формату из известных нам в настоящее время рукописей литовских татар. Не одинаковы хамаилы и по количеству страниц. Объём упоминаемой уже нами рукописи Лейпцигского университета — 148 листов, а рукописи ВЭМ-11 📜ВЭМ-11 📜
Хамаил 1765 г. Историко-Этнографический музей АН Лит.ССР, № 11. — 303 листа при значительно большем формате последней. Большие по объему хамаилы, являющиеся пособиями для служителей религиозного культа мусульман (имам, молла), получили у литовских татар название моллинских хамаилов [Szy35Szy35
Szynkiewicz J. Litaratura religijna Tatarów litewskich i jej pochodznie. — Rocznik Tatarski. Zamość, 1935, t. 2., 2, 139; Kry35Kry35
Kryczyński L. N. M. Tatarzy polscy a Wschód muzułmański. — Rocznik Tatarski. Zamość, 1935, t. 2, s. 1., 220]. Как отмечает Шинкевич, слово хамаил обозначает то, что всегда носится при себе (ар. حَمَلَ хамала “носить”). Это собрание молитв на арабском и старотурецком языках [Szy35Szy35
Szynkiewicz J. Litaratura religijna Tatarów litewskich i jej pochodznie. — Rocznik Tatarski. Zamość, 1935, t. 2., 141; Wor37Wor37
Woronowicz A. Język polski w transkrypcji arabskiej. — Žycie Tatarskie. Wilno, 1937. Nr. 1., 13; Zaj35Zaj35
Zajączkowski A. Elementy tureckie na ziemiach polskich. — Rocznik Tatarski. Zamość, 1935, t. 2., 311]. Старшие тексты бывают на чагатайском (Шинкевич, Воронович) или староуйгурском (Заёнчковский) языках. Арабские и тюркские тексты молитв сопровождаются объяснениями на белорусском или польском языках. Кроме молитв и описания обрядов и ритуалов в хамаилах имеются материалы по мусульманской хронологии, советы по лечению болезней с помощью молитв (нуски), объяснения снов, предсказания дней, сулящих удачу или неудачу и т.д. В составе большинства хамаилов магия занимает значительное место. В них даются советы» как избежать неприятностей и достигнуть определенных целей в самых разнообразных жизненных обстоятельствах (ср. Ант68Ант68
Антонович А. К. Белорусские тексты, писанные арабским письмом, и их графико-орфографическая система. — Ротопринт ВГУ, Вильнюс, 1968., стр.140).

Объём хамаилов, их состав и расположение в них материалов, как и в китабах, очень разнообразны. Необходимо еще отметить, что в расположении материалов как в китабах, так и в хамаилах нет никакой системы.

Несмотря на то, что хамаилы были в постоянном употреблении (обязанность ежедневной пятикратной молитвы) и быстро зачитывались, их до настоящего времени сохранилось много не только в библиотеках, но и в частном владении. Объясняется это тем, что в прошлом они имелись в каждой татарской семье.

В заключение необходимо отметить, что многие тексты, являющиеся преимущественной принадлежностью китабов, обнаруживаются и в некоторых хамаилах, а тексты, характерные для хамаилов, встречаются в китабах.

Белорусских или польских текстов в хамаилах сравнительно мало, так как значительное место в них занимают молитвы на арабском и тюркских языках, тогда как в китабах они (белорусские и польские тексты) обычно абсолютно преобладают.

Тефсиры

Для славистов значительную ценность представляет и так называемый тефсир, а в народном произношении, тафсир, тапсир [Szy35Szy35
Szynkiewicz J. Litaratura religijna Tatarów litewskich i jej pochodznie. — Rocznik Tatarski. Zamość, 1935, t. 2., 138]. Он представлябт собой Коран на арабском языке о подстрочным переводом (пересказом, комментарием) на белорусский или польский язык. Обычно это очень объёмистые рукописные книги большого формата. В нашем распоряжении в настоящее время имеется два Корана с подстрочным переводом на польский язык (ЛУ-867 📜ЛУ-867 📜
Тефсир начала 19 в. Библиотека Ленинградского университета, № 867., ВУ-392 📜ВУ-392 📜
Тефсир 1788 г. Библиотека Вильнюсского университета, № 392.) и одна такая же дефектная рукопись (ЛУ-868 📜ЛУ-868 📜
Тефсир первой половины 18 в. Библиотека Ленинградского университета, № 363.).

Хотя полного текста Корана с подстрочным его переводом на белорусский язык до сих пор не обнаружено, однако имеется основание полагать, что такой перевод в прошлом существовал. Об этом красноречиво свидетельствует наличие в некоторых китабах больших отрывков текста Корана на белорусском языке. Эти тексты очень часто используются в качестве цитат во многих китабах.

Ниже мы приводим белорусский текст начала четвертой суры (раздела) Корана из рукописи китаба первой половины 18 в. ЛАН-F21-814 📜ЛАН-F21-814 📜
Китаб первой половины 18 в. Библиотека АН Лит.ССР, сигн. Р21-814..

(10а)(6) И, лу̅дзи, бо̅йцес́е бо̅га вашего̅, кето̅рий стварив вас з души
(7) ʿадно̅й ʿадамав (!) и с таго̂ цела и духа жану йему̅ стварив и разсипав
(8) в двух лу̅дзей мужчини и невасти. Бо̅йцес́е бо̅га, кето̅рий бу̅дзе
(9) питац на судзе свайем ʿа ро̅дзицах и кревних. Таго̂ бо̅йцес́е — матек
(10) свайих, што̅ лежали ʿу живатах йих.
(13) Певне пан бо̅г над ними бистрим стро̂жем.
(10б)(1) И не давайце глу̅пим лу̅дзем
(2) скарбо̅в с́иро̅цќих.

Много текстов Корана на белорусском языке имеется, напр., в китабе ЛАН-F21-814 📜ЛАН-F21-814 📜
Китаб первой половины 18 в. Библиотека АН Лит.ССР, сигн. Р21-814. на листах 2-18, а также в начале китаба ВУ-391 📜ВУ-391 📜
Китаб середины 19 в. Библиотека Вильнюсского университета» № 391.. Белорусские тексты в китабах выступают обычно параллельно с арабскими (но не в виде подстрочного перевода, как это бывает в тефсирах). Арабский текст обычно сопровождается словами “Як пан бог мовиц” или же “Як у Куране пиша”. После арабского текста Корана следует тот же отрывок на белорусском языке.

Приведем еще несколько строк текста той же 4-ой суры на польском языке из тефсира ЛУ-867 📜ЛУ-867 📜
Тефсир начала 19 в. Библиотека Ленинградского университета, № 867. (начало 19 в.):

(56б)(6) И̅, лу̅дзе, бойцес́е бог̣а вашег̣оʿ, ктори створил вас з̣ ду̅ха йеднег̣оʿ и створил с тег̣ож цала и ду̅ха хона йему̅ Хава
(7) и роз̣си̅пал з̀ них дву̅х меншчижн мног̣оʿ и неваст. И бойцес́е бог̣а, ктори̅ бендзе питал у̅ вас о родзицах и покревних.

Приведенное выше начало 4-ой суры Корана на белорусском и польском языках показывает, что текстуально между ними имеются заметные различия, но в некоторых местах находим фразы и предложения, дословно повторяющие друг друга. Такое сходство можно объяснить только общим происхождением перевода сравниваемых отрывков. Нам кажется, что и ответа на вопрос, в каком отношении находятся все дошедшие до нас белорусские и польские тексты Корана в целом, следует искать прежде всего в детальном текстологическом их изучении. Но такое изучение не входит в настоящее время в нашу задачу.

Теджвиды

В тесной связи с текстом Корана находятся и так называемые теджвиды. В них излагаются правила чтения арабского текста Корана. Как отмечает Шинкевич [Szy35Szy35
Szynkiewicz J. Litaratura religijna Tatarów litewskich i jej pochodznie. — Rocznik Tatarski. Zamość, 1935, t. 2., 138], текст теджвида обычно бывает на старотурецком языке с подстрочным его переводом на белорусский или польский язык. В теджвидах находим и описание артикуляции звуков арабского языка (см. Ант68Ант68
Антонович А. К. Белорусские тексты, писанные арабским письмом, и их графико-орфографическая система. — Ротопринт ВГУ, Вильнюс, 1968. стр. 139).

С каких восточных языков осуществлялись переводы на белорусский язык

Как мы сказали и как уже не раз отмечалось многими авторами, литовские татары во многих видах своей религиозной литературы пользовались белорусским и польским языком. До наших дней сохранилось большое количество как белорусских, так и польских текстов, писанных арабским письмом. Абсолютное большинство этих текстов представляют собой переводы с восточных языков — тюркских и арабского, о чем свидетельствуют довольно часто встречаемые подстрочные переводы арабских и тюркских текстов на белорусский или польский язык. Так, напр., в рукописи китабов ЛАН-F21-814 📜ЛАН-F21-814 📜
Китаб первой половины 18 в. Библиотека АН Лит.ССР, сигн. Р21-814. и ВУ-391 📜ВУ-391 📜
Китаб середины 19 в. Библиотека Вильнюсского университета» № 391. имеется большой по объёму тюркский текст с подстрочным его переводом на белорусский язык (Меʿрадж). Мы уже видели, что в известных нам тефсирах тексту Корана на арабском языке сопутствует перевод его на польский язык. Решение вопроса о том, с каких восточных языков переведены отдельные белорусские или польские тексты, ждёт ещё своего исследователя. Шинкевич [Szy35Szy35
Szynkiewicz J. Litaratura religijna Tatarów litewskich i jej pochodznie. — Rocznik Tatarski. Zamość, 1935, t. 2., 139], напр., допускает, что даже подстрочный перевод Корана в тефсирах на польский и белорусский язык осуществлен с турецкого перевода. Мы хотим здесь обратить внимание на один факт, который в какой-то степени является подтверждением такого предположения Шинкевича. В белорусских текстах изредка встречается арабское междометие یَا йа и тюркское اِ и. И вот в приводимых нами текстах Корана на польском и белорусском языке (см. Ант68Ант68
Антонович А. К. Белорусские тексты, писанные арабским письмом, и их графико-орфографическая система. — Ротопринт ВГУ, Вильнюс, 1968. стр. 19) употреблено тюркское междометие اِ и, хотя в арабском тексте находим междометие یَا йа. Несколько другого рода примеры обнаружены в легенде Меʿрадж в рукописи 18 в. ЛАН-F21-814 📜ЛАН-F21-814 📜
Китаб первой половины 18 в. Библиотека АН Лит.ССР, сигн. Р21-814. и в соответствующих местах рукописи ВУ-391 📜ВУ-391 📜
Китаб середины 19 в. Библиотека Вильнюсского университета» № 391.. В указанных рукописях в тюркском тексте употреблено междометие йа, а в белорусоком и: йа, Мухем̅ед — и, Мухем̅ед 119б3, йа, рес̀ул (пророк) — и, пос́ле 120а4.

Прямых указаний на то, с каких восточных языков осуществлялись переводы отдельных текстов на белорусский или польский языки, у нас очень немного. Мы, напр., знаем только два случая такого рода. В рукописи КУ-1446 📜КУ-1446 📜
Рукопись 17 в. Библиотека Казанского университета, № 1446. сказано, что соответствующий текст (оракул) переведен “ис фарс̀ийско̅го̅ и с турецко̅го̅ йаз̣ика” (л. 41а). В китабе ВУ-391 📜ВУ-391 📜
Китаб середины 19 в. Библиотека Вильнюсского университета» № 391. на стр. 348 отмечается, что текст о счастливых днях переведён на польский язык “с ту̅рецкаго ќит́абу”.

Для решения вопроса о том, с каких восточных языков были осуществлены переводы отдельных текстов на белорусский или польский языки, как и множества других вопросов, необходимо комплексное изучение рассматриваемых текстов славистами и востоковедами.

Отношение текстов белорусских к текстам польским

Очень интересным и чрезвычайно важным с научной точки зрения является и вопрос о том, который из двух названных нами языков — белорусский или польский — первым был использован для перевода восточных текстов. Ниже мы позволим себе высказать некоторые свои соображения по данному вопросу.

Обратимся к текстам cамых ранних из известных нам рукописей. К ним принадлежат рукописи КУ-1446 📜КУ-1446 📜
Рукопись 17 в. Библиотека Казанского университета, № 1446., ЛУ-893 📜ЛУ-893 📜
Рукопись 17 в. Библиотека Ленинградского университета, № 893. и Лейпц.-280 📜Лейпц.-280 📜
Хамаил 17 в. Библиотека Лейпцигского университета, сигн. B. OR. 280.. В первой из них только на 12-ти из общего числа 70-ти стр. (64а-67б, 72б-74а) находим тексты, в которых очень сильно сказывается влияние польского языка. Остальные тексты написаны на чистом белорусском языке. В рукописи ЛУ-893 📜ЛУ-893 📜
Рукопись 17 в. Библиотека Ленинградского университета, № 893. представлен очень чистый белорусский язык. Польских текстов в ней совсем нет. В третьей рукописи польский текст с многочисленными белорусскими особенностями имеется только на первых 9-ти листах, белорусских же текстов в этой рукописи около 100 стр., причем мы имеем дело с хорошими белорусскими текстами. Полонизмы в них — очень редкое явление (ср. стр. 155). Таким образом, в известных нам рукописях 17 в. белорусские тексты являются абсолютно преобладающими, причем во многих из них польские языковые особенности совершенно отсутствуют. В дальнейшем же (18-19 в.) как количество текстов в китабах и хамаилах, которые можно назвать польскими, так и количество полонизмов в белорусских текстах постепенно возрастает.

В большинстве случаев увеличение количества польских текстов в китабах и хамаилах происходит за счет переводов белорусских текстов на польский язык. Так, напр., с уверенностью можно сказать, что многие польские тексты китаба ВЭМ-13 📜ВЭМ-13 📜
Китаб 1868 г. Историко-Этнографический музей АН Лит.ССР, № 13. (1868 г.) являются переводами с белорусского языка. К ним относятся, напр.:

  1. О Меʿраджу опису̅йе (стр. 1-43). Этот же текст на белорусском языке имеется в китабах ЛАН-F21-814 📜ЛАН-F21-814 📜
    Китаб первой половины 18 в. Библиотека АН Лит.ССР, сигн. Р21-814.     (л. 97а 124а), ВЭМ-10 📜ВЭМ-10 📜
    Китаб 1815 г. Историко-Этнографический музей АН Лит.ССР, № 10.     (стр. 209-242), ВЭМ-39 📜ВЭМ-39 📜
    Китаб 1837 г. Историко-Этнографический музей АН Лит.ССР, № 39.     (стр. 1-45), а также в китабе ВУ-391 📜ВУ-391 📜
    Китаб середины 19 в. Библиотека Вильнюсского университета» № 391.     (249-305).

  2. О с́мерци Мухем̅еда пророка опису̅йе (стр. 44-49), Текст на белорусском языке имеется в китабах ЛАН-F21-814 📜ЛАН-F21-814 📜
    Китаб первой половины 18 в. Библиотека АН Лит.ССР, сигн. Р21-814.     (л. 132б-134б), ВЭМ-35 📜ВЭМ-35 📜
    Китаб 1771 г. Историко-Этнографический музей АН Лит.ССР, № 35.     (стр. 1-14), ВУ-391 📜ВУ-391 📜
    Китаб середины 19 в. Библиотека Вильнюсского университета» № 391.     (стр. 317-321).

  3. О с́мерци Ибраги̅ма си̅на пророцќего (стр. 49-60). Белорусский текст в китабах ВЭМ-35 📜ВЭМ-35 📜
    Китаб 1771 г. Историко-Этнографический музей АН Лит.ССР, № 35.     (стр. 171-186), ВЭМ-28 📜ВЭМ-28 📜
    Китаб начала 19 в. Историко-Этнографический музей АН Лит.ССР, № 28.     (стр. 321-331).

  4. О с́мерци Мерйеминой (стр. 64-72). Белорусский текст в китабах ЛАН-F21-814 📜ЛАН-F21-814 📜
    Китаб первой половины 18 в. Библиотека АН Лит.ССР, сигн. Р21-814.     (93б-96б, 124б), ВЭМ-10 📜ВЭМ-10 📜
    Китаб 1815 г. Историко-Этнографический музей АН Лит.ССР, № 10.     (стр. 566-572), ВЭМ-28 📜ВЭМ-28 📜
    Китаб начала 19 в. Историко-Этнографический музей АН Лит.ССР, № 28.     (стр. 314-331), ВУ-391 📜ВУ-391 📜
    Китаб середины 19 в. Библиотека Вильнюсского университета» № 391.     (стр. 243-248). Имеются в рассматриваемом китабе и другие тексты, переведенные на польский язык с белорусского. Много подобных переводов и в других китабах (напр., ВЭМ-28 📜ВЭМ-28 📜
    Китаб начала 19 в. Историко-Этнографический музей АН Лит.ССР, № 28.    ).

В отношении качества переводов с белорусского языка на польский (иногда можно говорить только о какой-то степени приближения белорусских текстов к нормам польского языка) следует отметить, что очень часто они (эти переводы) находятся на полпути между белорусским и польским языками. Иногда же язык таких переводов можно назвать белорусско-польским.

Указывая на наличие переводов многих белорусских текстов на польский язык, мы совсем не исключаем возможности возникновения польских текстов, писанных арабским письмом, самостоятельно, то есть без посредства белорусского языка. В данном случае нам важно было отметить, что по имеющимся в настоящее время в нашем распоряжении текстологическим данным представляется возможным считать, что некоторые белорусские тексты, писанные арабским письмом, возникли раньше, чем такие же польские тексты.

Такое наше предположение подтверждается и некоторыми графико-орфографическими особенностями польских текстов. Так, напр., в них звонкий и глухой вариант звука ž из r’ обозначается буквой ر , то есть той же буквой, которой в белорусских и польских текстах обозначается звук r. Только во второй половине 19 в. в рукописях, возникших на территории современных Швенчёнского и Игналинского районов Литовской ССР (см. Ант68Ант68
Антонович А. К. Белорусские тексты, писанные арабским письмом, и их графико-орфографическая система. — Ротопринт ВГУ, Вильнюс, 1968., стр. 86), рассматриваемый звук стали обозначать буквами ژ и ش. Примеры из ВЭМ-13 📜ВЭМ-13 📜
Китаб 1868 г. Историко-Этнографический музей АН Лит.ССР, № 13.: ژَچْ жеч. (пол. rzecz) 26/9, پْشِشَدْلْ пшишедл (пол. przyszedł) 27/7. Укажем ещё одну особенность, связанную с белорусским влиянием. Мы имеем в виду окончания -ый, -ий в им. п. ед. ч. прилагательных муж. р., ставшие привычными, традиционными не только в белорусских, но и в польских текстах. Вот несколько примеров такого рода из польских текстов: ВЭМ-13 📜ВЭМ-13 📜
Китаб 1868 г. Историко-Этнографический музей АН Лит.ССР, № 13.: каждий 3/11, сментний 15/13, тшеций 72/10, чвартий 77/1, пенкний 92/5; ВУ-391 📜ВУ-391 📜
Китаб середины 19 в. Библиотека Вильнюсского университета» № 391.: велќий бендзе 349/11, ценжќий 351/5; ВЭМ-28 📜ВЭМ-28 📜
Китаб начала 19 в. Историко-Этнографический музей АН Лит.ССР, № 28.: в ог̣ен пеќелний 80/10; ЛАН-F21-814: чвартий 127а3, 11 и множество других примеров.

Совершенно очевидно, что указанные выше графико- орфографические особенности польских текстов могли стать привычными только под длительным воздействием белорусских текстов и живого белорусского произношения.

В заключение необходимо отметить, что высказанные нами соображения об отношении белорусских текстов к польским имеют характер предварительных замечаний и что данный вопрос нуждается в более детальном его изучении.

Сущеествовали ли украинские тексты, писанные арабским письмом

Некоторые исследователи, говоря о литовских татарах и их письменности, прямо или косвенно высказывают мысль о том, что, кроме белорусских и польских текстов, писанных арабским письмом, имелись и такие же украинские тексты.

Обнаружив в польском тексте рукописи Лейпц.-280 📜Лейпц.-280 📜
Хамаил 17 в. Библиотека Лейпцигского университета, сигн. B. OR. 280. словоформы другайа 3а7, другий 3а8 (с фрикативным h, обозначаемым арабской буквой , а также што 3а9, Флейшер [Fle1838Fle1838
Fleischer H. O., Delitzsch F. Catalogus librorum manu scriptorum. Grimmae, 1838., 451] в своем описании названной рукописи рассматривает их (эти словоформы) как украинизмы. В настоящее время нет, конечно, надобности останавливаться на том, что словоформа што противоречит мнению Флейшера, а словоформа другий в арабском написании с одинаковым успехом может рассматриваться и как белоруссизм, и как украинизм.

Мухлинский в работе “Исследование о происхождении и состоянии литовских татар” (стр. 69-70), приводя в транскрипции отрывок текста из неизвестной нам рукописи, писанной арабским письмом, называет его язык волынско-украинским. Ниже мы полностью передаём этот отрывок, сохраняя все особенности его правописания и интерпункции.

“Первое глядѣти у намазъ (т.е. въ молитвѣ), на тое мѣсто гдѣ седжджаде (т.е. коверъ для моленія) поклониться, другое глядѣти у рукуэ (т.е. при обрядѣ наклоненія тѣла стоя) на ноги, а третіе глядѣти у суджудъ (т.е. въ поклоненіи сидя) на нос на ноздри… сёмое положить руки на колянах роспастиревши пальцы, осьмое ровно хрбетъ держати у рукуэ, девятое ровно голову протягнувши ис-хрбетомъ у рукуэ держати, десятое подняти голову, сами’ал-лагу (т.е. да Богъ выслушает хвалящаго его !) якъ скажешъ”.

Нам кажется, что в приводимом Мухлинским отрывке текста, как и в аналогичном тексте, имевшемся в рукописи ЛУ-893 📜ЛУ-893 📜
Рукопись 17 в. Библиотека Ленинградского университета, № 893. (стр. 1б14-2а9), нет ничего типичного для украинского языка. В связи с приводимым отрывком текста необходимо сказать, что мы лишены возможности проверить точность его передачи, так как нет указаний, из какой рукописи он взят. В том же случае, если текст взят из рукописи ЛУ-893 📜ЛУ-893 📜
Рукопись 17 в. Библиотека Ленинградского университета, № 893. (она была собственностью Мухлинского), то необходимо отметить, что в транскрипции имеются неточности (см. Ант68Ант68
Антонович А. К. Белорусские тексты, писанные арабским письмом, и их графико-орфографическая система. — Ротопринт ВГУ, Вильнюс, 1968. стр. 119).

В другой своей работе [Much1858Much1858
Muchliński A. Zdanie Sprawy o Tatarach litewskich. — Teka Wileńska. Wilno, 1958, Nr. 4, 5, 6., 5, 123] Мухлинский говорит о том, что имеются переводы религиозных мусульманских текстов на польский язык и “даже на белорусское и украинское наречие”.

Дж. Александрович [Але26Але26
Александрович Дж. Литовские татары. Краткий историко-этнографический очерк. — Известия Общества обследования и изучения Азербайджана. Баку, 1926, № 2., 92] отмечает, что “религиозные предания в так называемых “китабах” написаны арабским алфавитом (с применением характера — “аджик”), на белорусско-украинском или реже польском языках”. На той же странице в отношении к подстрочному переводу употреблено наименование “украинско-белорусский язык”. Название “белорусско-украинский язык” находим и в другой статье Александровича, когда идет речь об утрате татарами своего родного тюркского языка. “Тюркский язык утрачен литовскими татарами, по-видимому, уже давно, о чем говорит масса имеющейся у них переводной литературы на языки белорусский (вернее белорусско-украинский) и польский” [Але27Але27
Александрович Дж. Литовские татары, как часть тюркского Востока. — Известия Общества обследования и изучения Азербайджана. Баку, 1927, № 4.].

Самойлович [Сам26Сам26
Самойлович А. Н. Литовские татары и арабский алфавит. — Известия общества обследования и изучения Азербайджана. Баку, 1926, № 3., 6], останавливаясь на системе письма рукописей 867, 868, 869 и 893 Ленинградского университета, отмечает, что “для детального изучения систем арабской транскрипции польских, белорусских и украинских языков материалы Ленинграда недостаточны; у нас нет рукописей на украинском языке”. Из этого видно, что Самойлович рассматривает украинские тексты, писанные арабским письмом, как действительную реальность.

Со своей стороны можем сказать, что в известных нам в настоящее время рукописях мы не знаем ни одного текста, который можно было бы назвать украинским. Не знаем мы и украинско-белорусских, то есть смешанных по своему языку текстов, в которых легко обнаруживались бы в одинаковой степени и чисто белорусские, и чисто украинские языковые особенности. Напомним при случае, что в настоящей своей работе мы очень часто говорим о белорусско-польских текстах, имея в виду смешанный их характер в изложенном выше смысле. Такое взаимопроникновение польских и белорусских языковых особенностей характерно для многих текстов.

Что же касается взаимопроникновения белорусских и украинских языковых элементов, то можно сказать, что даже в рукописях 17 в. ЛУ-893 📜ЛУ-893 📜
Рукопись 17 в. Библиотека Ленинградского университета, № 893., КУ-1446 📜КУ-1446 📜
Рукопись 17 в. Библиотека Казанского университета, № 1446. и Лейпц.-280 📜Лейпц.-280 📜
Хамаил 17 в. Библиотека Лейпцигского университета, сигн. B. OR. 280., в которых нашли свое яркое отражение особенности языка слуцко-мозырской группы южнобелорусских говоров, мы не обнаруживаем таких особенностей, которые были бы свойственны только украинскому языку и которых бы не знали слуцко-мозырские говоры, четыре случая употребления шчо (укр. що) в рукописи ЛУ-893 📜ЛУ-893 📜
Рукопись 17 в. Библиотека Ленинградского университета, № 893. (стр. 1б10, 2б1, 3б10, 10б6), при обычном во всех трех названных рукописях общебелорусском што, положения, конечно, не меняют. О заменителях звука ѣ в рукописи КУ-1446 📜КУ-1446 📜
Рукопись 17 в. Библиотека Казанского университета, № 1446. см. [Ант68Ант68
Антонович А. К. Белорусские тексты, писанные арабским письмом, и их графико-орфографическая система. — Ротопринт ВГУ, Вильнюс, 1968. стр. 128].

Если в рукописи КУ-1446 📜КУ-1446 📜
Рукопись 17 в. Библиотека Казанского университета, № 1446. очень много случаев обозначения заменителя ѣ знаком кесры (ـِ), то в других текстах мы знаем только несколько таких примеров. Так, напр., в хамаиле ВЭМ-11 📜ВЭМ-11 📜
Хамаил 1765 г. Историко-Этнографический музей АН Лит.ССР, № 11. нам известен один такой пример, а именно лит́ (то есть лет) 3а8, при обычном лет́ 3а10, 4а1, 4б, 2, 6, 9, 11. В рукописи ВЭМ-35 📜ВЭМ-35 📜
Китаб 1771 г. Историко-Этнографический музей АН Лит.ССР, № 35. мы знаем только только один пример такого рода: гарилќи 175/1. В китабе ВЭМ-10 📜ВЭМ-10 📜
Китаб 1815 г. Историко-Этнографический музей АН Лит.ССР, № 10. обнаружено несколько таких примеров, напр.: грих 9/7 (на той же странице грехи 9/5, 6, грех 9/13), тоби 6/3 (на той же странице табе 6/4), чловик 15/12, 19/12. В приводимых ваше примерах можно видеть отражение i из ѣ, но можно их объяснить и так, как мы объясняем такого рода примеры в рукописи КУ-1446 📜КУ-1446 📜
Рукопись 17 в. Библиотека Казанского университета, № 1446. (см. Ант68Ант68
Антонович А. К. Белорусские тексты, писанные арабским письмом, и их графико-орфографическая система. — Ротопринт ВГУ, Вильнюс, 1968. стр. 128).

В хамаиле 1765 г. ВЭМ-11 📜ВЭМ-11 📜
Хамаил 1765 г. Историко-Этнографический музей АН Лит.ССР, № 11. (на листах 71-73), а также на 25 начальных страницах китаба ВЭМ-10 📜ВЭМ-10 📜
Китаб 1815 г. Историко-Этнографический музей АН Лит.ССР, № 10. (о правописании указанных страниц см. [Ант68Ант68
Антонович А. К. Белорусские тексты, писанные арабским письмом, и их графико-орфографическая система. — Ротопринт ВГУ, Вильнюс, 1968. стр. 71]) имеется некоторое количество примеров написания перед переднеязычными гласными i и e буквы د (д) вместо обычной ࢮ (дз), как, напр.: ВЭМ-11 📜ВЭМ-11 📜
Хамаил 1765 г. Историко-Этнографический музей АН Лит.ССР, № 11.: бу̅де 71б2, 72б , 77а9, 78б10, сходечи 72б, погладивши 72б6; ВЭМ-10 📜ВЭМ-10 📜
Китаб 1815 г. Историко-Этнографический музей АН Лит.ССР, № 10.: будет́ 13/1, 22/5, инде 6/11, один 19/12, прийдет́ 15/11. В приведенных написаниях можно было бы видеть отражение твердости звука d, чему однако противоречит отсутствие примеров твердости t в аналогичном положении.

Примеры написаний в некоторых рукописях 18-19 в. د вместо ожидаемой буквы ࢮ см. [Ант68Ант68
Антонович А. К. Белорусские тексты, писанные арабским письмом, и их графико-орфографическая система. — Ротопринт ВГУ, Вильнюс, 1968., стр. 213].

В заключение необходимо сказать, что как бы мы ни толковали приводимые выше примеры из рукописей ВЭМ-11 📜ВЭМ-11 📜
Хамаил 1765 г. Историко-Этнографический музей АН Лит.ССР, № 11., ВЭМ-35 📜ВЭМ-35 📜
Китаб 1771 г. Историко-Этнографический музей АН Лит.ССР, № 35. и ВЭМ-10 📜ВЭМ-10 📜
Китаб 1815 г. Историко-Этнографический музей АН Лит.ССР, № 10., их (этих примеров) далеко недостаточно для того, чтобы на их основании делать заключение о существовании украинских текстов, писанных арабским письмом, рядом с такими же белорусскими и польскими текстами.

Высказывания Мухлинского и Шинкевича о количестве сохранившихся текстов

В настоящее время уже не подлежит сомнению, что у татар Белоруссии и Литвы существовала довольно обширная и разнообразная письменность на белорусском и польском языках. Первым на этот факт обратил внимание Мухлинский в 1857 г. в работе “Исследование о происхождении и состоянии литовских татар”.

В этой работе отмечается, что “Можно было бы составить из книг этого рода маленькую библиотеку” [Мух1857Мух1857
Мухлинский А. Исследование о происхождении и состоянии литовских татар. СПб., 1857, 29]. Подобную мысль высказал в 1932 г. и Шинкевич. Он отмечает; что до первой мировой войны в каждом татарском населенном пункте имелось по нескольку китабов, но во время войны многие из этих рукописных книг были уничтожены, и они становятся библиографической редкостью [Szy32t1Szy32t1
Szynkiewicz J. O kitabie. — Rocznik Tatarski. Wilno, 1932, t. 1., 1, 188]. Нет сомнения в том, что немало интересующих нас рукописей погибло и во время второй мировой войны. Вот почему возникла настоятельная необходимость выявления и охраны уцелевших до наших дней рукописей литовских татар и их всестороннего изучения.

Обзор литературы о письменности литовских татар

В научной литературе уже неоднократно обращалось внимание на большую ценность письменности литовских татар как для славистов, так и для востоковедов (Карский, Крачковский, Самойлович, Заёнчковский). Однако до настоящего времени об этой письменности мы знаем очень мало.

Первым ученым, который обратил внимание на хранящуюся в Лейпциге рукопись литовских татар был немецкий востоковед Флейшер, описавший ее в 1833 г. в каталоге восточных рукописей [Fle1838Fle1838
Fleischer H. O., Delitzsch F. Catalogus librorum manu scriptorum. Grimmae, 1838., 450-151]. В настоящее время указанная рукопись хранится в библиотеке Лейпцигского университета (сигн. B. ОR. 280). Благодаря любезности руководства библиотеки, предоставившей в наше распоряжение микрофильм всей рассматриваемой рукописи, мы имеем возможность использовать её в настоящей работе. Подробней анализ графико-орфографической системы рукописи и некоторых особенностей ее языка мы даём в первом разделе настоящей работы (см. Ант68Ант68
Антонович А. К. Белорусские тексты, писанные арабским письмом, и их графико-орфографическая система. — Ротопринт ВГУ, Вильнюс, 1968., стр. 146-174).

Узнав из описания Флейшера о наличии в рукописи Лейпц.-280 📜Лейпц.-280 📜
Хамаил 17 в. Библиотека Лейпцигского университета, сигн. B. OR. 280. славянских текстов, писанных арабским письмом, Срезневский проявил к ней большой интерес, что видно из его письма от 7 апреля 1840 г. чешскому слависту Вячеславу Ганке [Сре05Сре05
, 945-7]. В связи с описанием Флейшера появились и заметки о рассматриваемой рукописи в польских журналах в 1840 г. [Roz1840Roz1840
O rękopisie polskim arabskimi literami. — Rozmaitości Lwowskie. 1840. Nr. 21, str. 179., 21, 179] и в 1841 г. [BW1841BW1841
Biblioteka Warszawska. Pismo poświęcone naukom, sztukom i przemysłowi. 1841, t. 1, s. 653. [O rękopisie opisanym przez Fleiszera]., 1, 663]. Необходимо отметить, что ни Флейшер, ни Срезневский, ни авторы заметок в польских журналах не знали о связи обнаруженной рукописи с литовскими татарами. Флейшер выразил даже предположение о возможности возникновения рукописи в Крыму [Fle1838Fle1838
Fleischer H. O., Delitzsch F. Catalogus librorum manu scriptorum. Grimmae, 1838., 450, сноска 3].

Ниже приводим полный текст заметок из упомянутых польских журналов об открытом Флейшером хамаиле Лейпц.-280 📜Лейпц.-280 📜
Хамаил 17 в. Библиотека Лейпцигского университета, сигн. B. OR. 280..

O rękopisie polskim arabskimi literami

Pisma publiczne donoszą, że oryjentalista profesor Fleischer, znalazł między rękopisami biblioteki lipskiego uniwersytetu arabski rękopis, który jednak jemu zupełnie był niezrozumiały, gdyż wyrazy arabskiemi głoskami pisane, nie okazywały najmniejszego śladu dyjalektu semityckiego. Nakoniec odkrył p. Fleischer pzry pomocy pana Sokolnickiego, że pomieniony rękopis zawierał uwagi nad zdaniami z Pisma Świętego, w polskim języku arabskiemi zgłoskami napisane.

Otrzymawszy blizszę wiadomość, nie omieszkamy donieść o tym ciekawym rękopisie, którego autor może w szasach sporów religijnych chciał mniej znanemi zgłoskami arabskimi myśli swoje o rzeczach wiary przed okiem przeciwników osłonić. (Rozmaitości Lwowskie, 1840, nr. 21, str. 179).

Orientalista p. Fleischer znalazł w Bibliotece lipskiej rękopis polski arabskimi głoskami bardzo niewyraźnie pisany. Obejmuje rękopis ten 147 stronic in 12mo. Stronnice szęsto pozacierane i pozamazywane. Zdaje się, iż celem autora było dowieść chrzescijanom, iż ich pismo święte nie jest święntym, tylko pofałszowanem przez żydów, pogan i t. d. Prócz tego autor zamieścił rozmaite modlitwy, które odmawiają narody wschodnie przy rozmaitych obrządkach pogrzebowych. Napisy modlitw są czysto polskie głoskami arabskiemi i tatarskemi pisane, modlitwy zaś same mięszaniną języka polskiego, arabskiego i tatarskiego.
(Biblioteka Warszawska, pismo poświęcone naukom, sztukom i przemysłowi, 1841, tom 1, s. 663.)

В сущности нет ничего удивительного в том, что в те отдаленные времена рукопись хамаила Лейпц.-280 📜Лейпц.-280 📜
Хамаил 17 в. Библиотека Лейпцигского университета, сигн. B. OR. 280. для авторов приведённых информаций, а может быть, и для Флейшера, казалась чем-то совершенно непонятным и рассматривалась ими как курьёз.

Но появление подобного рода газетных заметок о белорусских и польских текстах, писанных арабским письмом, возможно и в наши дни. Такая информация была напечатана, например, в газете “Чырвоная змена” (Минск) от 25 мая 1963 г. под заглавием “Беларускія словы ў арабскіх рукапісах”. Заметка написана после посещения её автором В. Кривошеиным библиотеки восточного факультета ленинградского университета, где хранятся белорусские и польские тексты, писанные арабским письмом. Ниже приводим небольшой отрывок текста заметки: “Якое ж было іх (учёных А.А.) здзіўленне, калі яны ўбачылі ў гэтых кнігах мноства польскіх і беларускіх слоў на арабская мове.

Первае знаёмства з гэтымі кнігамі гаворыць аб тым, што невядомы аўтар, а таксама перапісчыкі рукапісаў у Шыразе, гісторык Хамза Ісфаганскі ў далёкія ад нас часы занеслі беларускія і польскія словы ў арабскія рукапісныя кнігі, відавочна, невыпадкова. Ключ да разгадкі тайны арабскіх кніг яшчэ не знойдзены”.

Из цитируемых уже нами работ Мухлинского видно, что он хорошо был знаком с письменностью литовских татар, знал о широком распространении белорусских и польских текстов среди татар Литвы и Белоруссии. В одной из своих работ [Мух1857Мух1857
Мухлинский А. Исследование о происхождении и состоянии литовских татар. СПб., 1857, 62-70] Мухлинский приводит отрывки польских и белорусских текстов, писанных арабским письмом. Можно думать, что приводимые Мухлинским тексты извлечены им из рукописей ЛУ-867 📜ЛУ-867 📜
Тефсир начала 19 в. Библиотека Ленинградского университета, № 867., ЛУ-868 📜ЛУ-868 📜
Тефсир первой половины 18 в. Библиотека Ленинградского университета, № 363., ЛУ-869 📜ЛУ-869 📜
Хамаил 13 в. Библиотека Ленинградского университета, № 869., ЛУ-893 📜ЛУ-893 📜
Рукопись 17 в. Библиотека Ленинградского университета, № 893., хранящихся в настоящее время в библиотеке Ленинградского университета, куда указанные рукописи поступили из библиотеки Мужлинского [Sal1888Sal1888
Salemann C., Rosen V. Indices alfabetici codicum manu scriptorum persicorum, turcicorum, arabicorum, qui in bibliotheca imperialis literarum Petropolitanae adsevantur. Petropoli, 1888., 5]. Первый из приводимых Мухлинским отрывков текста, являюцийся началом 20-ой суры Корана, мог быть взят из тефсира ЛУ-867 📜ЛУ-867 📜
Тефсир начала 19 в. Библиотека Ленинградского университета, № 867. (242а4) или ЛУ-868 📜ЛУ-868 📜
Тефсир первой половины 18 в. Библиотека Ленинградского университета, № 363. (55б7), второй из рукописи ЛУ-869 📜ЛУ-869 📜
Хамаил 13 в. Библиотека Ленинградского университета, № 869. (76а-77а), третий из той же рукописи (50а), четвертый же из рукописи ЛУ-893 📜ЛУ-893 📜
Рукопись 17 в. Библиотека Ленинградского университета, № 893. (1б14-2а). В рассматриваемой работе Мухлинского находим много сведений по истории поселения татар в Великом княжестве Литовском, кратко описываются их быт и нравы, а также приводятся статистические данные о численности татар в губерниях Виленской, Ковенекой, Гродненской, Минской, Волынской, Августовской и Люблинской. Из этих данных, между прочим, видно, что основная масса татар в середине 19 в. проживала в четырёх первых губерниях (см. Ант68Ант68
Антонович А. К. Белорусские тексты, писанные арабским письмом, и их графико-орфографическая система. — Ротопринт ВГУ, Вильнюс, 1968., стр. 9). Большую ценность представляет для нас и “Рисале” — упоминаемое уже нами анонимное сочинение литовского татарина 1557/1558 г., переведённое Мухлинским с турецкого языка на польский и снабжённое им многочисленными историческими комментариями [Much1858Much1858
Muchliński A. Zdanie Sprawy o Tatarach litewskich. — Teka Wileńska. Wilno, 1958, Nr. 4, 5, 6., 4, 5, 6, 1858]. Несмотря на то, что обе работы Мухлинского представляют значительный вклад в изучение истории татар в Великом княжестве Литовском, дают много сведений о потере татарами родного языка, а также о возникновении и распространении их письменности на белорусском и польском языках, к концу 19 и началу 20 в. они были довольно основательно забыты. Достаточно сказать, что опубликованные Мухлинским в 1857 г. отрывки белорусских и польских текстов (смотри выпе) Карский впервые использовал только в 1922 г. [Кар22Кар22
Карский Е.Ф. Белорусская речь арабским письмом. — Учёные записки Высшей школы г. Одессы. Одесса, 1922, т. 2.].

В 1915 г. в окрестностях Вильнюса в селении Сорок-Татары у муллы С.Полтаракевича Л.Луцкевич обнаружил китаб, хранящийся ныне в библиотеке Академии Наук Литовской ССР [Луц20Луц20
Луцкевіч І. Ай Кітаб. (З пасмертнай спадчыны Івана Луцкевіча). —Зборнік Наша Ніва. Вільня, 1920., 28]. Появившаяся в печати информация Луцкевича о его находке вызвала большой интерес к такого рода рукописям [Луц20Луц20
Луцкевіч І. Ай Кітаб. (З пасмертнай спадчыны Івана Луцкевіча). —Зборнік Наша Ніва. Вільня, 1920., , 28-31, см. также Кар21Кар21
Карский Е.Ф. Белорусская речь арабским письмом. — Беларусы. Пг., 1921, т. 3, ч. 2, 239—240. и Кар22Кар22
Карский Е.Ф. Белорусская речь арабским письмом. — Учёные записки Высшей школы г. Одессы. Одесса, 1922, т. 2.]. К статье Луцкевича был приложен белорусский текст пятидесяти начальных строк легенды Меʿрадж (97а-99б). Из статьи Луцкевича узнаём, что указанный отрывок текста транскрибировал латинским письмом “адзін з берлінскіх вучоных, якога вайна занесла у наш край” [Луц20Луц20
Луцкевіч І. Ай Кітаб. (З пасмертнай спадчыны Івана Луцкевіча). —Зборнік Наша Ніва. Вільня, 1920., 28]. В 1918 г. рукопись находилась на выставке в Минске. В печатном каталоге этой выставки она числится под № 122 [Вол33Вол33
Вольскі В. Наконт беларускай мовы мовы ў татарскіх кітабах. — Літаратура і мастацства. Мінск, 1933, № 28.].

Статью И. Луцкевича об открытом им в 1915 г. китабе ЛАН-F21-814 📜ЛАН-F21-814 📜
Китаб первой половины 18 в. Библиотека АН Лит.ССР, сигн. Р21-814. и приведённые в ней тексты использовал М. Гарецкий в своих книгах “Гісторыя беларускае літэратуры” [Гар21Гар21
Гарэцкі М. Гісторыя беларускае літаратуры. Выданне другое. Вільня, 1921., 40-42] и “Хрыстаматыя беларускае літэратуры” [Гар23Гар23
Гарэцкі М. Хрэстаматыя беларускае літаратуры XI век — 1905 г. Вільня, 1923., 49]. В первой из них Гарецкий перепечатал часть статьи Луцкевича, дал краткое описание открытой им рукописи и указал на большую научную ценность последней. В той же книге на 41-ой странице автор поместил факсимильное воспроизведение текста оборотной стороны 97 листа (5 и 6 строки) легенды Меʿрадж. Этот же снимок позже был помещен в книге Ластовского [Лас26Лас26
Ластоўскі В. Аль-Кітаб (святая кніга). — Гісторыя беларускай (крыўскай) кнігі. Коўна, 1926. Стар. 264—371., 564] и в статье Станкевича [Ста33Ста33
Станкевіч Я. Беларускія мусульмане і беларуская літаратура арабскім пісьмом. — Гадавік Беларускага Навуковага таварыства, Вільня, 1933, кн. 1., 19].

В “Хрестоматии” [Гар23Гар23
Гарэцкі М. Хрэстаматыя беларускае літаратуры XI век — 1905 г. Вільня, 1923., 49] Гарецкий напечатал 3 страницы (97а, 97б, 98а) текста той же легенды Меʿрадж.

Изучением китаба И. Луцкевича (в дальнейшем ЛАН-F21-814 📜ЛАН-F21-814 📜
Китаб первой половины 18 в. Библиотека АН Лит.ССР, сигн. Р21-814.) занялся Я.Станкевич. По сообщению последнего [Stan33Stan33
Stankievič J. Přispěvky k dějinam běloruskeho jazyka na zakladě rukopisu «Al-Kitab». — Slavia. Praha, 1933—1934, ročnik 12., 362], в 1924 г. А. Луцкевич, брат покойного уже тогда И. Луцкевича, выслал ему рукопись рассматриваемого китаба в Прагу, где его транскрибировали чешские востоковеды М. Тауэрова и З. С. Кадермет. В этой работе принимал участие и Я. Станкевич [Ста33Ста33
Станкевіч Я. Беларускія мусульмане і беларуская літаратура арабскім пісьмом. — Гадавік Беларускага Навуковага таварыства, Вільня, 1933, кн. 1., 17; Stan33Stan33
Stankievič J. Přispěvky k dějinam běloruskeho jazyka na zakladě rukopisu «Al-Kitab». — Slavia. Praha, 1933—1934, ročnik 12., 362]. В чём заключалось его участие, мы точно не знаем. В ноябре 1924 г. в газете “Савецкая Беларусь” (Минск) № 262 появилась заметка об окончании расшифровки рассматриваемого китаба [Рас24Рас24
Расшыфроўка Ай-Кітабу. — Савецкая Беларусь, № 262, 14 лістапада 1924 г.]. Там же, со ссылкой на Карского, сообщается о белорусских рукописях Ленинградского университета.

С 1923 г. в печати стали появляться белорусские тексты китаба ЛАН-F21-814 📜ЛАН-F21-814 📜
Китаб первой половины 18 в. Библиотека АН Лит.ССР, сигн. Р21-814.. Они были напечатаны прежде всего в журнале “Крывіч” в № 2 за 1923 г. [Таў24Таў24
Таўэрова М., Станкевіч Я. Адрывак з Ай Кітабу. — Крывіч, Коўна, 1924, № 2.] и в № 9 за 1925 г. [Таў25Таў25
Таўэрова М., Станкевіч Я. Апавяданне з «Аль-Кітабу». — Крывіч, Коўна, 1925, № 9.]. В названном журнале тексты были опубликованы Станкевичем в соавторстве с Тауэровой. Текст из “Крывіча” № 9 за 1925 г. был перепечатан Ластовским в книге “Гісторыя беларускай кнігі” [Лас26Лас26
Ластоўскі В. Аль-Кітаб (святая кніга). — Гісторыя беларускай (крыўскай) кнігі. Коўна, 1926. Стар. 264—371., 364-371], где ошибочно указывается, что текст перепечатан из № 2 “Крывіча” за 1923 г. (стр. 364). Несколько легенд рассматриваемого китаба Станкевич опубликовал в 1933 г. в своей статье “Беларуск1я мусульмане і беларуская літаратура арабскім письмом” [Ста33Ста33
Станкевіч Я. Беларускія мусульмане і беларуская літаратура арабскім пісьмом. — Гадавік Беларускага Навуковага таварыства, Вільня, 1933, кн. 1., 18-33]. Во всех перечисленных нами публикациях белорусские тексты передаются по правилам тогдашней белорусской орфографии и особенностей графико-орфографической системы оригинала не отражают. Кроме того, во многих случаях издатели сознательно меняют фонетический облик слов, а иногда вводят в текст другие слова. Так, напр., вместо куфли, куфлем оригинала находим у Станкевича кухли, кухлем [Ста33Ста33
Станкевіч Я. Беларускія мусульмане і беларуская літаратура арабскім пісьмом. — Гадавік Беларускага Навуковага таварыства, Вільня, 1933, кн. 1., 22], вместо у вензенйу, невонтпливе Ластовский даёт у вязніцы, бязсумлеву. Такие публикации, конечно, совершенно не пригодны для использования их в научных целях.

В чешском журнале “Slavia” за 1933-34 г. [Stan33Stan33
Stankievič J. Přispěvky k dějinam běloruskeho jazyka na zakladě rukopisu «Al-Kitab». — Slavia. Praha, 1933—1934, ročnik 12., 367-390] напечатана работа Станкевича о китабе ЛАН-F21-814 📜ЛАН-F21-814 📜
Китаб первой половины 18 в. Библиотека АН Лит.ССР, сигн. Р21-814.. В нем находим краткое изложение истории поселения татар в Белоруссии, а также приводятся сведения о их письменности на белорусском языке (357-362). Далее (362-374) идёт речь о её составе, времени и месте возникновения текстов. В конце статьи описана графико-орфографическая система китаба и изложены правила транскрипции публикуемого текста легенды Меʿрадж. Необходимо отметить, что изложенные в статье правила транскрипции применяются последовательно и большинство графико-орфографических особенностей оригинала нашли свое отражение в данной публикации, если, конечно, не считать некоторых недосмотров и опечаток, как, напр.: śemenčuj вм. śeḿenčūju (375), ʿućiśśe вм. ʿućišśe (376), v́iž вм. v́ižu (379), śv́eata вм. śv́ata (там же).

Таким образом, рассматриваемая публикация представляет собой первую попытку научно обоснованной передачи белорусских текстов, писанных арабским письмом. Недостатком этой публикации, как нам кажется, является то, что Станкевич ввёл обозначение твёрдости-мягкости тех парных по твёрдости-мягкости согласных, твёрдость-мягкость которых в оригинале не обозначается. Это обстоятельство дает простор субъективизму публикатора, на что указал Шинкевич [Szy32Szy32
Szynkiewicz J. 1. Dr. Jan Stankievicz. Slavia. Časopis pro slovanskou filologii, Ročnik 12, sešit 3-4. V.Praze, 1933. 2. Dr. Jan Stankievič. Bielaruskija musuĺmanie i bielaruskaja literatura arabskim piśmom. — Hadavik Bielaruskaha navukovaha tavarystva ŭ Viĺni, knižka 1, 1933. [Recenzje]. — Rocznik Tatarski. Zamość, 1932, t. 2., 453].

При случае отметим, что в работе “Мова рукапісу аль-кітаб” [Stan52Stan52
Stankievič J. Mova rukapisu «Al Kitab» Kryvickaha muzeju Ivana Luckieviča ŭ Vilni. New-York, 1952 [На обложке 1954]. [Фонетика].] Станкевич отказался от обозначения твёрдости-мягкости всех парных по твёрдости-мягкости согласных кроме l; твёрдость этого звука обозначается буквой ł, а мягкость буквой l.

Упоминаемая нами выше работа Станкевича “Беларускія мусульмане і беларуская літаратура арабокім письмом” [Ста33Ста33
Станкевіч Я. Беларускія мусульмане і беларуская літаратура арабскім пісьмом. — Гадавік Беларускага Навуковага таварыства, Вільня, 1933, кн. 1.] по своему содержанию до некоторой степени дублирует его работу в журнале “Slavia” [Stan33Stan33
Stankievič J. Přispěvky k dějinam běloruskeho jazyka na zakladě rukopisu «Al-Kitab». — Slavia. Praha, 1933—1934, ročnik 12.].

Изучению языка (фонетика) рукописи ЛАН-F21-814 📜ЛАН-F21-814 📜
Китаб первой половины 18 в. Библиотека АН Лит.ССР, сигн. Р21-814. посвящена работа Станкевича, печатавшаяся в журнале “Калоссе” в Вильнюсе в 1938-1939 г. [Ста38Ста38
Станкевіч Я. Мова крывіцкага (беларускага) рукапісу XVI стаг. «Аль кітаб». — Калоссе. Вільня, 1938, № 4, 243-252; 1939, № 1, 38-46; № 2, 104-112; № 3 171-175.]. В Вильнюсе работа не была напечатана полностью, так как в 1939 г. журнал “Калоссе” прекратил своё существование. Вторично рассматриваваемая работа печаталась в 1952 г. в Нью-Йорке в периодическом издании “Vieda” [Stan52Stan52
Stankievič J. Mova rukapisu «Al Kitab» Kryvickaha muzeju Ivana Luckieviča ŭ Vilni. New-York, 1952 [На обложке 1954]. [Фонетика]., 4, 87]. Отдельным изданием она вышла в Нью-Йорке в 1954 г. [Stan52Stan52
Stankievič J. Mova rukapisu «Al Kitab» Kryvickaha muzeju Ivana Luckieviča ŭ Vilni. New-York, 1952 [На обложке 1954]. [Фонетика]., 1-87], где также рассматриваются только вопросы фонетики памятника.

Станкевич во всех своих работах [Ста33Ста33
Станкевіч Я. Беларускія мусульмане і беларуская літаратура арабскім пісьмом. — Гадавік Беларускага Навуковага таварыства, Вільня, 1933, кн. 1., 17; Stan33Stan33
Stankievič J. Přispěvky k dějinam běloruskeho jazyka na zakladě rukopisu «Al-Kitab». — Slavia. Praha, 1933—1934, ročnik 12. , 370- 371; Stan52Stan52
Stankievič J. Mova rukapisu «Al Kitab» Kryvickaha muzeju Ivana Luckieviča ŭ Vilni. New-York, 1952 [На обложке 1954]. [Фонетика]., 17 , 20] рассматривает рукопись ЛАН-F21-814 📜ЛАН-F21-814 📜
Китаб первой половины 18 в. Библиотека АН Лит.ССР, сигн. Р21-814. как памятник 16 в. А между тем, как свидетельствуют водяные знаки на бумаге и другие данные (о чем подробнее будет речь в дальнейшем), не подлежит сомнению, что изучаемый китаб написан на бумаге первой половины 18 в. Таким образом, разница между определяемым Станкевичем временем возникновения рукописи и датировкой её на основании водяных знаков на бумаге составляет около 200 лет. Даже в том случае, если бы мы могли доказать, что все тексты рассматриваемой рукописи возникли на территории тех говоров, язык которых нашел своё отражение в исследуемой Станкевичем рукописи, то само собой понятно, что разница между языком текста 16 в. и его списком 18 в. должна была бы быть значительной.

Необходимо обратить внимание еще на одно обстоятельство. Хотя мы и считаем (см. [Ант68Ант68
Антонович А. К. Белорусские тексты, писанные арабским письмом, и их графико-орфографическая система. — Ротопринт ВГУ, Вильнюс, 1968.], стр. 11), что белорусские тексты, писанные арабским письмом, должны были существовать уже до середины 16 в., однако, где они возникли и какая была их первоначальная диалектная основа, мы не знаем.

Наши наблюдения показывают, что большинство текстов, входящих в состав китаба ЛАН-F21-814 📜ЛАН-F21-814 📜
Китаб первой половины 18 в. Библиотека АН Лит.ССР, сигн. Р21-814., встречаются во многих других китабах, язык которых значительно отличается от языка рассматриваемой рукописи. В нашем распоряжении имеется, напр., 5 списков легенды Меʿрадж. Не подлежит сомнению, что все эти списки восходят к одному общему для всех их оригиналу, для чего имеются неопровержимые доказательства. В рукописи ЛАН-F21-814 📜ЛАН-F21-814 📜
Китаб первой половины 18 в. Библиотека АН Лит.ССР, сигн. Р21-814. на лицевой стороне 117 листа татарский текст 3-ей строки на белорусский язык, по неизвестной нам причине, не переведён. Эта строка белорусского текста отсутствует и во всех остальных списках легенды (ВУ-391 📜ВУ-391 📜
Китаб середины 19 в. Библиотека Вильнюсского университета» № 391. стр. 289, ВЭМ-10 📜ВЭМ-10 📜
Китаб 1815 г. Историко-Этнографический музей АН Лит.ССР, № 10. стр. 233, ВЭМ-39 📜ВЭМ-39 📜
Китаб 1837 г. Историко-Этнографический музей АН Лит.ССР, № 39. стр. 32, ВЭМ-13 📜ВЭМ-13 📜
Китаб 1868 г. Историко-Этнографический музей АН Лит.ССР, № 13. стр. 31). Несмотря на всё сказанное нами выше, по своим языковым особенностям (фонетика, морфология) некоторые из списков легенды различаются между собой очень сильно. В одних из них, напр., нашли своё отражение языковые особенности говоров окрестностей Барановичей и Слонима (ВЭМ-10 📜ВЭМ-10 📜
Китаб 1815 г. Историко-Этнографический музей АН Лит.ССР, № 10., ВЭМ-39 📜ВЭМ-39 📜
Китаб 1837 г. Историко-Этнографический музей АН Лит.ССР, № 39.), в другие же — говоров Ошмянского района (ЛАН-F21-814 📜ЛАН-F21-814 📜
Китаб первой половины 18 в. Библиотека АН Лит.ССР, сигн. Р21-814., ВУ-391 📜ВУ-391 📜
Китаб середины 19 в. Библиотека Вильнюсского университета» № 391.); в китабе ВЭМ-13 📜ВЭМ-13 📜
Китаб 1868 г. Историко-Этнографический музей АН Лит.ССР, № 13. мы находим особенности говоров юго-восточной части Витебской области.

Какой же была диалектная принадлежность первоначального текста рассматриваемой легенды и других текстов китаба ЛАН-F21-814 📜ЛАН-F21-814 📜
Китаб первой половины 18 в. Библиотека АН Лит.ССР, сигн. Р21-814.?

На этот вопрос в настоящее время мн еще ответить не можем.

Таким образом, совершенно очевидно, что в связи о ошибочной датировкой китаба ЛАН-F21-814 📜ЛАН-F21-814 📜
Китаб первой половины 18 в. Библиотека АН Лит.ССР, сигн. Р21-814. научная ценность работ Станкевича по его изучению значительно снижается.

О языке китаба ЛАН-F21-814 📜ЛАН-F21-814 📜
Китаб первой половины 18 в. Библиотека АН Лит.ССР, сигн. Р21-814. пишет Станг в своей работе “Die Westrussische Kanzleisprache des Grossfürstentums Litauen”, а именно в разделе об отношении старого разговорного белорусского языка к языку письменному (Sriftsprache) в его деловой разновидности [Sta35Sta35
Stang Chr. S. Die Westrussische Kanzleisprache des Gross-Fürstentums Litauen. Oslo, 1935. [S. 123-132: Verhältnis der Schriftsprache zur gesprochene Sprache]., 123-132]. В работе использованы, как говорит Станг, опубликованные Станкевичем тексты рассматриваемого китаба в его статье “Беларускія мусульмане” [Ста33Ста33
Станкевіч Я. Беларускія мусульмане і беларуская літаратура арабскім пісьмом. — Гадавік Беларускага Навуковага таварыства, Вільня, 1933, кн. 1.], а также и журнале Slavia [Stan33Stan33
Stankievič J. Přispěvky k dějinam běloruskeho jazyka na zakladě rukopisu «Al-Kitab». — Slavia. Praha, 1933—1934, ročnik 12., 357-390]. Станкевич предоставил в распоряжение Станга и рукописную транскрипцию всего китаба, осуществленную в Праге (см. [Ант68Ант68
Антонович А. К. Белорусские тексты, писанные арабским письмом, и их графико-орфографическая система. — Ротопринт ВГУ, Вильнюс, 1968.], стр. 33).

В начале рассматриваемого раздела Станг дает краткую справку о белорусских текстах, писанных арабским письмом, высоко оценивает их как лингвистический материал, возникший независимо от церковнославянской письменной традиции (125-126).

Далее идет сопоставление важнейших фонетических и морфологических особенностей китаба ЛАН-F21-814 📜ЛАН-F21-814 📜
Китаб первой половины 18 в. Библиотека АН Лит.ССР, сигн. Р21-814. и памятников канцелярского языка, знатоком которого Станг является.

Ценность умело проведенного Стангом сопоставительного анализа языковых явлений китаба ЛАН-F21-814 📜ЛАН-F21-814 📜
Китаб первой половины 18 в. Библиотека АН Лит.ССР, сигн. Р21-814. и памятников белорусской деловой письменности значительно снижается из-за неправильной датировки первого — Станг рассматривает используемый им китаб как список конца 16 или начала 17 в. (ср. [Ант68Ант68
Антонович А. К. Белорусские тексты, писанные арабским письмом, и их графико-орфографическая система. — Ротопринт ВГУ, Вильнюс, 1968.], стр. 54 и 100-102).

На информацию Луцкевича несколькими статьями откликнулся Карский (Кар21Кар21
Карский Е.Ф. Белорусская речь арабским письмом. — Беларусы. Пг., 1921, т. 3, ч. 2, 239—240., 239-240; Кар22Кар22
Карский Е.Ф. Белорусская речь арабским письмом. — Учёные записки Высшей школы г. Одессы. Одесса, 1922, т. 2., 1-2; Кар22бКар22б
Карскі Е. Беларуская мова арабскім пісьмом. — Вестник Нар.Ком. Просв. С.С.Р.Б., 1922, №1., 3-5; Кар62Кар62
Карский Е.Ф. Культурные завоевания русского языка в старину на западной окраине его области. — Труды по белорусскому и другим славянским языкам. Москва, Изд-во АН СССР, 1962 г., 448-463., 458-462). В своих статьях Карский использовал материалы, приведенные в информации Луцкевича и в работе Мухлинского [Мух1857Мух1857
Мухлинский А. Исследование о происхождении и состоянии литовских татар. СПб., 1857, 62-70], и, ссылаясь на информацию Крачковского, сообщил о рукописях Ленинградского (тогда еще Петроградского) университета 867-869 и 893 (у Карского, а позже и у Крачковского [Кра55Кра55
Крачковский И. Ю. Рукопись Корана в Пскове. Избр. соч., т. 1. М.—Л., 1955.] ошибочно указывается № 883). В связи с появлением двух первых статей Карского в журнале “Восток” № 1 (1922 г.) и 5 (1925 г.) напечатаны небольшие заметки Крачковского, в которых автор обращает внимание на большую научную ценность указанных выше рукописей Ленинградского университета.

В 1924 г. появилась статья Крачковского “Рукопись Корана в Пскове” [Кра55Кра55
Крачковский И. Ю. Рукопись Корана в Пскове. Избр. соч., т. 1. М.—Л., 1955., 162-165]. В статье описана рукопись Корана на арабском языке, переписанная в конце 17 в. (1682 или же 1692 г.). Автор статьи приводит отрывок белорусского текста с очень сильной примесью особенностей польского языка. Приводимый Крачковским отрывок текста представляет собой наставление, как следует читать Коран (см. [Ант68Ант68
Антонович А. К. Белорусские тексты, писанные арабским письмом, и их графико-орфографическая система. — Ротопринт ВГУ, Вильнюс, 1968.], стр. 138).

Две рукописи литовских татар упоминаются Самойловичем в его статье “Литовские татары и арабский алфавит” [Сам26Сам26
Самойлович А. Н. Литовские татары и арабский алфавит. — Известия общества обследования и изучения Азербайджана. Баку, 1926, № 3., 3-7]. Как видно из названной статьи, Самойлович хорошо был знаком с одним хамаилом, принадлежавшим некогда его студенту Я. С. Шинкевичу. В статье находим и краткое описание рукописи: “В рукописи Я. С. Шинкевича, которой я пользуюсь с его письменного разрешения, 76 страниц малого формата молитвенника; конца нет. Писана тремя разными руками. Основная часть (листы 10-67) писана твердым красивым почерком рукою Александра Мускевича в 1840 году в Ляховичах (Слуцкого уезда Минской губ.). Молитвенник разделен на главы (“баб”) и содержит религиозные арабские тексты и “ниэты” на старо-османском языке с татаризмами и искажениями, в арабской транскрипции. Объяснительный текст к молитвам белорусский, тоже в арабской транскрипции”. В той же статье Самойловича кратко сообщается о другой рукописи литовских татар: “На Волге, в Татарской слободе, под городом Костромой у местного муллы и известного татарского писателя Укмасы я видел в 1916 году завезённую в это селение из Западного края другим местным муллой Сафаровым, интересную литовско-татарскую рукопись, в коей заключается староосманское мистическое стихотворное произведение с толкованием на польском или белорусском языке. В бытность мою весною 1925 года в Казани я слышал, что Укмасы передал эту рукопись в Центральную Казанскую библиотеку”. Весьма вероятно, что описанная Самойловичем рукопись Укмасы и является той рукописью, которая в настоящее время хранится в Библиотеке Казанского университета и которая описывается нами в настоящей работе (КУ-1446 📜КУ-1446 📜
Рукопись 17 в. Библиотека Казанского университета, № 1446.). О принадлежности рукописи КУ-1446 📜КУ-1446 📜
Рукопись 17 в. Библиотека Казанского университета, № 1446. Казанского университета поэту Укмасы свидетельствует дарственная запись последнего от 20 марта 1923 года в верхнем левом углу лицевой стороны 1-го листа.

Описание одного китаба находим в статье Вольского “Наконт нацыянальнай літаратуры беларускіх татар” [Вол33Вол33
Вольскі В. Наконт беларускай мовы мовы ў татарскіх кітабах. — Літаратура і мастацства. Мінск, 1933, № 28., 135-146]. Как отмечает автор статьи, объём рукописи 108 листов. Она без начала и конца. Что касается датировки рукописи, то Вольский говорит, что “напісаны кітаб на старадаўняй французскай паперы і апраўлены ў скураны пераплёт. Па знадворным выглядзе яго можна аднесці да сярэдзіны 17 стагоддзя”. Необходимо отметить, что для датировки рукописи приводимых автором данных далеко недостаточно. Очень жаль, что в статье не обращено внимания на водяные знаки рукописи. Если в статье Вольского “Асноўныя прынцыпы арабскай транскрыпцыі беларускага тексту ў кітабах” (Узвышша. Мінск, 1927, № 6) рассматривается графико-орфографическая система той же рукописи, о датировке которой идет речь, то, по нашему мнению, эта рукопись не старше конца 18 в., так как звук о в ней обозначается вавом с фатхой над ней [см. Ант68Ант68
Антонович А. К. Белорусские тексты, писанные арабским письмом, и их графико-орфографическая система. — Ротопринт ВГУ, Вильнюс, 1968., стр. 304]. Наличие в тексте формы перфекта (прыўбожел йесьмі) для датировки рукописи не имеет существенного значения, так как форма перфекта имеется в данном тексте и в списке 1868 г. (ВЭМ-13 📜ВЭМ-13 📜
Китаб 1868 г. Историко-Этнографический музей АН Лит.ССР, № 13., стр. 132). Эта форма свидетельствует только о том, что перевод повести осуществлён в то время, когда перфект бил ещё живым явлением. После описания рукописи Вольский приводит полный текст восточной приключенческой повести о молодом человеке, который продает отца и мать, покупает лошадь и старую шубу, отправляется в королевский замок, чтобы испробовать счастья в диспуте с королевской дочерью, очень образованной и умной девушкой. Молодой человек после многих приключений выходит победителем в диспуте и женится на королевской дочери.

Текст опубликованной Вольским повести обнаружен нами в китабе 1868 г. ВЭМ-13 📜ВЭМ-13 📜
Китаб 1868 г. Историко-Этнографический музей АН Лит.ССР, № 13. (стр. 131-163) под заглавием “Гистория о млодзенцу” и в китабе начала 19 в. ВЭМ-28 📜ВЭМ-28 📜
Китаб начала 19 в. Историко-Этнографический музей АН Лит.ССР, № 28. (стр. 456-477) — без заглавия.

В 1926 г. в белорусском журнале “Наш край” (№ 6-7, 51-53) в статье “Беларуская мова арабскай транскрыпцыяй” Шлюбский упоминает китаб, виденный им в Узде (центр Узденского района БССР) в 1923 г. Автор приводит два небольших отрывка текста на белорусском языке, прочитанные ему муллой местечка Узды.

В том же журнале (1927, № 6-7 , 21-22) Цвяткоў в статье “Некалькі слоў аб Менскіх татарах” сообщает, что в семье Смайкевичей в Минске он видел Коран 1725 г. и китаб (ай-китаб) 1812 г.

Крымский [Кры30Кры30
Кримський А. Е. Тюркі, їх мови та літератури. I. Тюркські мови. Вип. 2. Київ, 1930., 154 в сноске] сообщает, что в 1915 г. он сделал доклад в Москве в “Восточной комиссии Археологического общества” о какой-то рукописи литовских татар на белорусском языке (“Коранського перекладу на білоруське”); рукопись получена им для изучения от студента Лазаревского института восточных языков Рейхеля. Текст его доклада, как сообщает Крымский, остался в Москве в бумагах “Восточной комиссии”.

В 1932 г. Шинкевич [Szy32t1Szy32t1
Szynkiewicz J. O kitabie. — Rocznik Tatarski. Wilno, 1932, t. 1., 188-194] сообщил о китабе, хранящемся в мечети в Крушинянах (Белостокское воеводство Польской Народной Республики). Китаб переписан (или составлен) в 1792 г. Юсуфом Гельяшевичем. Его объем 287 страниц, в китабе Гельяшевича, как и в китабе ВУ-391 📜ВУ-391 📜
Китаб середины 19 в. Библиотека Вильнюсского университета» № 391., имеется генеологическая таблица пророков, халифов и имамов. В описываемой Шинкеничем рукописи 72 текста разного содержания. По своему составу рассматриваемый китаб очень близок к китабам ЛАН-F21-814 📜ЛАН-F21-814 📜
Китаб первой половины 18 в. Библиотека АН Лит.ССР, сигн. Р21-814. и ВУ-391 📜ВУ-391 📜
Китаб середины 19 в. Библиотека Вильнюсского университета» № 391.. В заключение своего описания Шинкевич дает 7 небольших текстов нравственно-поучительного содержания, а именно:

Шахно-Романович упоминает тефсир, который он видел в 1928 г. у руководителя мусульманского прихода в Ляховичах [Sza31Sza31
Szachno-Romanowicz S. Pierścień-amulet z Bliskiego Wschodu. ­— Rocznik Orientalistyczny. Lwów, 1931, t. 7., 295-303]. Переписан тефсир в 1843 г, Яном Полтужнцким. Арабскому тексту Корана сопутствует польский подстрочный перевод. На стр. 302 приводится отрывок польского текста Корана. На той же странице указываются некоторые графико-орфографические особенности польского текста.

В другом месте [Sza32Sza32
Szachno S. «Rocznik Tatarski», tom 1. [Recenzja] —Sprawy Narodowościowe. Warszawa, 1932, Nr. 4—5., 570-573] Шахно-Романович отмечает, что у него находится китаб 1891 г. Ассановича, о котором он в 1938 г. говорил на конференции польских востоковедов в Кракове [Zaj51Zaj51
Zajączkowski A. Tak zwany chamaił tatarski ze zbioru rękopisów w Warszawie. — Sprawozdania Polskiej Akademii Umijętności, 1951, t. 53, Nr. 4., 308]. Кроме того Шахно-Романович упоминает китаб 1852 г. Александра Александровича, находившийся тогда в собрании Муфтиата в Вильнюсе.

В 1951 г. известный польский востоковед А. Заёнчковский описал хамаил 1804 г. [Zaj51Zaj51
Zajączkowski A. Tak zwany chamaił tatarski ze zbioru rękopisów w Warszawie. — Sprawozdania Polskiej Akademii Umijętności, 1951, t. 53, Nr. 4., 307-313], хранящийся в Варшаве (место хранения в статье не указано). Объем хамаила 190 + 22 листов, формат 10,5 × 16 см. В статье даётся краткое описание рукописи и указываются некоторые особенности её письма, приводятся небольшие отрывки польского и белорусского текста (стр. 310). Сравнительно много внимания автор уделяет анализу языка тюркских текстов хамаила.

В последнее время об открытии в Польше нескольких татарских рукописей сообщает Конопацкий. В его статье о татарской письменности [Kon66Kon66
Konopacki M. Piśminnictwo Tatarów polsko-litewskich w nauce polskiej i obcej. —Przegląd Orientalistyczny. Kwartalnik. Warszawa, 1966, Nr. 3., 202-203] упоминаются китабы 1631 и 1850 г., являющиеся собственностью семьи Александровичей в Суховоле, а также китабы, виденные автором статьи в Гданске у Самуила Милькамановича и во Вроцлаве у Хасеня Мискевича.

О китабе 1631 г. в указанной статье Конопацкого сообщается, что он без начала и конца, а его объем 342 листа. Написан китаб, как полагает автор, тремя руками. Фотографическое воспроизведение одной страницы китаба 1631 г. находим в статьях Конопацкого 1962 [Kon62Kon62
Konopacki M. O muzułmanach polskich. —Przegląd Orientalistyczny. Kwartalnik. Warszawa, 1962, Nr. 3., табл. 2] и 1963 г. [Кан20Кан20
Канапацкі М. Помнікі арабска-беларускай пісьменнасці — Ніва. Беласток, 1963, № 20.]. На этой странице рядом с текстами молитв на арабском языке находим и белорусский текст. Анализ графико-орфографической системы белорусского текста показывает, что он (белорусский текст) написан не позже 18 в., но эта же система не исключает возможности составления китаба и в 17 в. Для решения вопроса о времени составления рассматриваемого китаба необходимо подробное исследование всех его элементов (бумага и её водяные знаки, письмо, язык, переплёт). Ниже мы приводим отрывок белорусского текста китаба 1631 г. (начало страницы):

(1) Питали у̅ шетана: — Межи̅ го̅ло̅со̅в, ко̅то̅ро̅го̂ ти̅ не лубиш? (2) Шетан рек: — Аз̀анно̅го̂ го̅ло̅су не лублу. Ко̅ли му̅(э)з̅̀ин пейец, (3) про̅цив йего̅ с́ветло̅с́ци йако̅ о̅ло̅во̂ у во̂гни ро̅сто̅(4)плу̅с́е.

В той же статье [Kon66Kon66
Konopacki M. Piśminnictwo Tatarów polsko-litewskich w nauce polskiej i obcej. —Przegląd Orientalistyczny. Kwartalnik. Warszawa, 1966, Nr. 3.] находим фотографическое воспроизведение по одной странице текста китабов Милькамановича (табл. 5) и Мискевича (табл. 6). Страница китаба Мискевича (а не Милькамановича, как указано в статье) вторичио воспроизведена в статье Конопацкого 1967 г. о татарах [Kon67Kon67
Konopacki M. O polskich Tatarach. —Mówią wieki. Magazyn historyczny. Warszawa, 1967, Nr. 4., 26]. Китабы Милькамановича и Мискевича составлены не раньше конца 18 в., о чем свидетельствует обозначение звука о вавом с фатхой над ним. Язык обеих рассматриваемых здесь репродукций из китабов Милькамановича и Мискевича — белорусский.

О китабе 1850 года сообщается, что его объем 191 лист и что он написан Богдановичем.

Конопацкий [Kon66Kon66
Konopacki M. Piśminnictwo Tatarów polsko-litewskich w nauce polskiej i obcej. —Przegląd Orientalistyczny. Kwartalnik. Warszawa, 1966, Nr. 3., 202] упоминает еще Коран 1900 г. из собрания мечети в Крушинянах, а также два хамаила [Kon62Kon62
Konopacki M. O muzułmanach polskich. —Przegląd Orientalistyczny. Kwartalnik. Warszawa, 1962, Nr. 3., табл. 3; Kon66Kon66
Konopacki M. Piśminnictwo Tatarów polsko-litewskich w nauce polskiej i obcej. —Przegląd Orientalistyczny. Kwartalnik. Warszawa, 1966, Nr. 3., табл. 6].

Из статьи Вороновича [Wor35Wor35
Woronowicz A. Kitab Tatarów litewskich i jego zawartość. — Rocznik Tatarski. Zamość, 1935, t. 2., 393] о китабе литовских татар и его составе мы узнаём, что материалом для этой статьи послужили 3 китаба большого формата. В статье сообщается только объём этих китабов (754, 821, 1190 страниц).

В заключение нашего обзора литературы о письменности литовских татар отметим, что сведения по интересующему нас вопросу находим в Библиографии Кричинского [Kry35bKry35b
Kryczyński L. M. M. Bibliografia do historii Tatarów polskich. Zamość. 1935., 60-61], в статье Туган-Барановекого [Tuh32Tuh32
Tuhan-Mirza-Baranowski S. Zbiór rękopisów w Muftiacie. —Rocznik Tatarski. Wilno, 1932, t. 1, s. 314., 314-315], а также в Каталоге татарского музея в Вильнюсе [Kat29Kat29
Katalog Tatarskiego Museum Narodowego w Wilnie. Wilno, 1929.]. Станкевич [Ста33Ста33
Станкевіч Я. Беларускія мусульмане і беларуская літаратура арабскім пісьмом. — Гадавік Беларускага Навуковага таварыства, Вільня, 1933, кн. 1., 14-15], ссылаясь на указанную выше статью Туган-Барановского, перечислил некоторые белорусские тексты, писанные арабским письмом, которые хранились тогда в собрании Муфтиата в Вильнюсе.

Обстоятельный обзор постепенного знакомства учёных с письменностью литовских татар находим в цитируемой уже нами статье Конопацкого [Kon66Kon66
Konopacki M. Piśminnictwo Tatarów polsko-litewskich w nauce polskiej i obcej. —Przegląd Orientalistyczny. Kwartalnik. Warszawa, 1966, Nr. 3., 193-204], где, как мы уже видели, сообщается и об открытых им в последнее время в Польше рукописях, о которых речь была выше.

Как видно из нашего библиографического обзора, а также из не раз упоминаемой нами статьи Конопацкого [Kon66Kon66
Konopacki M. Piśminnictwo Tatarów polsko-litewskich w nauce polskiej i obcej. —Przegląd Orientalistyczny. Kwartalnik. Warszawa, 1966, Nr. 3., 193-204], за последнее пятидесятилетие в периодической печати на польском, белорусском и русском языках промелькнуло довольно иного сообщений о рукописях литовских татар. В большинстве случаев эти сообщения являются краткими упоминаниями или простыми перечислениями интересующих нас рукописей. Исключение составляют, как можно было видеть, описания Станкевича [Ста33Ста33
Станкевіч Я. Беларускія мусульмане і беларуская літаратура арабскім пісьмом. — Гадавік Беларускага Навуковага таварыства, Вільня, 1933, кн. 1.; 50; Stan52Stan52
Stankievič J. Mova rukapisu «Al Kitab» Kryvickaha muzeju Ivana Luckieviča ŭ Vilni. New-York, 1952 [На обложке 1954]. [Фонетика]., 98], Вольского [Вол27Вол27
Вольскі В. Асноўныя прынцыпы арабскай транскрыпцыі беларускага тэксту ў кітабах. — Узвышша. Мінск, 1927, № 6.; 11], Самойловича [Сам25Сам25
Самойлович А. Краткая учебная грамматика современного османско-турецкого языка. Л., 1925.], Крачковского [Кра55Кра55
Крачковский И. Ю. Рукопись Корана в Пскове. Избр. соч., т. 1. М.—Л., 1955.], Заёнчковского [Zaj51Zaj51
Zajączkowski A. Tak zwany chamaił tatarski ze zbioru rękopisów w Warszawie. — Sprawozdania Polskiej Akademii Umijętności, 1951, t. 53, Nr. 4.] и Шинкевича [Szy32t1Szy32t1
Szynkiewicz J. O kitabie. — Rocznik Tatarski. Wilno, 1932, t. 1.].

Что касается графики и орфографии, то высказывания по этому вопросу находим только у нескольких авторов. Большинство этих высказываний основано на очень ограниченном материале, и они часто носят случайный и поверхностный характер, в связи с чем выводы бывают неточными. Так, напр., Самойлович [Сам26Сам26
Самойлович А. Н. Литовские татары и арабский алфавит. — Известия общества обследования и изучения Азербайджана. Баку, 1926, № 3.], говоря о способах обозначения звука а, отмечает: “Сличая тексты с чтением их, которое производил при мне студент Шинкевич, звук “а” передаётся элифом в первом слоге, элифом или чаще значком фатхи во втором и следующих слогах” [Сам25Сам25
Самойлович А. Краткая учебная грамматика современного османско-турецкого языка. Л., 1925.]. Как увидим в дальнейшем, обозначение звука а алифом с фатхой над ним (اَ ) или же одной фатхой зависит не от положения звука а в первом или в дальнейших слогах слова, а от совершенно других причин, а именно от положения его в ударном или безударном слоге после твердых согласных (см. [Ант68Ант68
Антонович А. К. Белорусские тексты, писанные арабским письмом, и их графико-орфографическая система. — Ротопринт ВГУ, Вильнюс, 1968.] стр. 285). Вообще же в статье Самойловича письму уделено не более половины страницы. Очень немного внимания уделено вопросам графики и орфографии и в статьях Крачковского [Кра55Кра55
Крачковский И. Ю. Рукопись Корана в Пскове. Избр. соч., т. 1. М.—Л., 1955.] и Заёнчковского [Zaj51Zaj51
Zajączkowski A. Tak zwany chamaił tatarski ze zbioru rękopisów w Warszawie. — Sprawozdania Polskiej Akademii Umijętności, 1951, t. 53, Nr. 4., 309]. Несколько более подробно анализируется буквенный состав рукописи ЛАН-F21-814 📜ЛАН-F21-814 📜
Китаб первой половины 18 в. Библиотека АН Лит.ССР, сигн. Р21-814. у Станкевича [Stan33Stan33
Stankievič J. Přispěvky k dějinam běloruskeho jazyka na zakladě rukopisu «Al-Kitab». — Slavia. Praha, 1933—1934, ročnik 12., 371-373; Stan52Stan52
Stankievič J. Mova rukapisu «Al Kitab» Kryvickaha muzeju Ivana Luckieviča ŭ Vilni. New-York, 1952 [На обложке 1954]. [Фонетика]., 5-6]. Но у Станкевича, как и у Самойловича, не совсем точно определены условия, в которых безударный звук а после твёрдых согласных обозначается фатхой. Станкевич ограничивает это явление только случаями после букв ق, ح и ط. По нашим наблюдениям, обозначение звука а фатхой возможно после всех твёрдых согласных в безударном положении (см. [Ант68Ант68
Антонович А. К. Белорусские тексты, писанные арабским письмом, и их графико-орфографическая система. — Ротопринт ВГУ, Вильнюс, 1968.] стр. 258). Не находит подтверждения и замечание Станкевича [Stan52Stan52
Stankievič J. Mova rukapisu «Al Kitab» Kryvickaha muzeju Ivana Luckieviča ŭ Vilni. New-York, 1952 [На обложке 1954]. [Фонетика]., 6] о том, что в некоторых рукописях вавом с даммой над ним وُ обозначается только звук о, а одной даммой ـُ — звук u. Такой системы обозначения звуков о и u мы не обнаружили ни в одной рукописи 17-20 в. (см. [Ант68Ант68
Антонович А. К. Белорусские тексты, писанные арабским письмом, и их графико-орфографическая система. — Ротопринт ВГУ, Вильнюс, 1968.] стр. 312). Наиболее полное описание графико-орфографической системы одной рукописи находим в статье Вольского “Наконт нацыянальнай літаратуры беларускіх татар” [Вол27бВол27б
Вольскі В. Наконт нацыянальнай літаратуры беларускіх татар. — Узвышша. Мінск, 1929, № 6.]. В ней даётся описание графико-орфографической системы рукописи, приводятся примеры написания белорусских слов арабскими буквами, а в конце статьи помещена сводная таблица, в которой указывается звуковое значение всех арабских знаков. Статья Вольского имела бы значительную научную ценность, если бы в ней больше внимания было уделено датировке рукописи, письмо которой изучается.

Графике и орфографии польских текстов посвящена небольшая статья Вороновича [Wor37Wor37
Woronowicz A. Język polski w transkrypcji arabskiej. — Žycie Tatarskie. Wilno, 1937. Nr. 1., 13-14]. Её объем немногим больше одной страницы. Можно думать, что заметка Вороновича написана по материалам рукописей конца 18 или 19 в., на что указывает совершенно определённое заявление автора о том, что звук о обозначается вавом с фатхой над ним. Можно сказать, что основные черты графико-орфографической системы польских текстов в статье Вороновича представлены правильно. Однако имеются и некоторые неточности. Нельзя, напр., согласиться с автором в том, что звуки dz и d’z’ обозначаются буквой ڎ с тремя точками сверху. Упоминания о такой букве мы не находим ни у одного из авторов. Нет такой буквы и ни в одной из известных нам рукописей 17-20 в. Звуки dz и d’z’ всегда обозначаются буквой ࢮ с тремя точками внизу.

Нам известны 4 случая обозначения звуков с и c’ буквой ص с тремя точками сверху ڞ, о чём см. [Ант68Ант68
Антонович А. К. Белорусские тексты, писанные арабским письмом, и их графико-орфографическая система. — Ротопринт ВГУ, Вильнюс, 1968., стр. 25].

Вызывает сомнение и утверждение автора о том, что звук х обозначается буквой خ. В известных нам рукописях указанный звук систематически обозначается буквой ح. Только в рукописи 17 в. ЛУ-893ЛУ-893
 имеется несколько случаев обозначения звука х буквой خ (см. [Ант68Ант68
Антонович А. К. Белорусские тексты, писанные арабским письмом, и их графико-орфографическая система. — Ротопринт ВГУ, Вильнюс, 1968.], стр. 265).

Необходимость подробного изучения графико-орфографической системы белорусских и польских текстов

Из всего сказанного нами видно, что ни графика как система буквенных знаков в их отношении к звуковому составу белорусской или польской речи, ни орфография как система правил написания слов тех же языков совершенно не изучались в их историческом развитии. А между тем письменность литовских татар на белорусском и польском языках имеет свою длительную историю, и до нао дошло громадное количество памятников этой письменности. О белорусских и польских текстах татарско-мусульманской письменности мы до настоящего времени знаем так мало главным образом потому, что они написаны арабским письмом. Вот почему нам кажется совершенно очевидным, что наше знакомство с названными текстами следует начать с детального изучения их графико-орфографической системы. Только после этого станет возможным правильное чтение интересующих нас текстов и выработка научно обоснованной системы их транслитерации. Это в свою очередь даст возможность издавать названные белорусские и польские тексты и сделать их достоянием широкой научной общественности.


rfs: Ант68 Kry38 Much1858 Gór35 Але26 Dzia26

Обзор белорусских арабск... » »

Введение - Maxime Seveleu-Dubrovnik